«Это просто стыдно! Стыдно так говорить. Я – видите ли, подросток! Вдруг, где какие вопросы или проблемы, то значит можно и ко мне обратиться. Я же прибегу. Всё сделаю! А как только мое мнение с ее не сходиться, так и всё… Сразу же получается, что маленькая и глупая. Ничего не понимаю в жизни и только и делаю что развлекаюсь. Да какая же ерунда! Какая ерунда!.. Да, нет… не ерунда. Того же Алексея мама восприняла, как вполне себе взрослого человека. А ведь он, если мне правильно думается примерно мне ровесник. То есть он, получается, каким-то образом смог доказать окружающим свою самостоятельность. Еще бы! Жил и ухаживал за больным дедом. Естественно, разумный, серьезный. А я что? У меня и в правду в голове только и мысли о работе и о развлечениях. Ведь о чем я думала сегодня на работе, в обед?.. Зачем я хочу поехать в Грецию? Для чего?.. Как всё пустынно…Как всё так неожиданно стало бессмысленным и пустым!..»
Тишина в мыслях, в квартире тишина и телефон без зарядки в сумке. А потом, Нина привстала с порога и понеслась в рассуждениях дальше.
«Нет! Это всё мама меня так накрутила. Надо же быть такой вредной! Всё хорошо. Никто же не виноват в том, что все живут по-разному. Как им нравиться и кажется нужным. Ах! Точно! Надо Сашке позвонить!»
Нина поспешно достала телефон из сумочки и, поставив его на зарядку, включила. Сейчас ей было особенно в радость поговорить с братом.
Мама чудным образом вывела ее из равновесия и, кажется, все-таки сумела пустить сомнения Нине в душу. Пусть Нина быстро и пришла в себя, но осадок остался. Это как конкретно, достаточно сильно, с обидой, поругаться с другом или хорошим знакомым. Общаться то потом все равно будете, но долгое время придется озираться назад, туда, где храниться то неприятное из-за чего и по сей день не совсем хорошо.
– Привет, Саш. Звонил? – теребя нос, произнесла Нина.
– У родителей?
– Нет. У себя. У меня телефон разрядился. Тебе мама, наверное, еще не успела рассказать, что звонил Леша Синицын. Ну, который… – Нина было хотела пуститься в разъяснения.
– Я понял. А чего он звонил?
Нина пересказала всю историю от начала до конца и не забыла добавить, как бы вскользь, но это-то и было главным, про мамину бурную реакцию на ее слова. Правда, Нина выставила свою с мамой ссору, как мелкое недоразумение, но Саша-то понял, что между мамой и Ниной опять получилось что-то нехорошее.
– Ты просто не представляешь! Саш, ведь по маминым словам получается, что тот же Алексей, которого она вообще не знает, молодец и полный адекват. А я, это даже смешно, лезу со своими комментариями, словно совершенно глупый человек. Да, даже ты у нас на другом счету. Саш, это же просто невыносимо.
Саша все-таки вывел Нину на откровенный разговор. Хотя, ничего нового он из него и не услышал, но зато Нина выговорилась. Нина выговорилась, но только еще больше себя этим разговором растревожила.Много мыслей и невесть откуда взявшихся переживаний всплыло на поверхность.Переживалось даже за то, как сейчас соседка родителей – тетя Римма – живет без своего любимого кота, который умер у нее на прошлой недели. А еще почему-то очень стала раздражать дверка шкафчика в прихожей, которая туговато открывалась и, если ее отпустить, а не аккуратно закрыть, хлопала громко и эхом отдавалась в ушах. Всё это было мелочно и неважно, но зачем-то навязчиво вертелось в голове.
И чувствуя всё это безобразие, после разговора с Сашей, Нина заставила себя лечь спать. Положительной перспективы на оставшуюся часть вечера она не видела. Всё пересказав брату,Нина почувствовала не только должное облегчение, но и некоторое неприятное опустошение. Ей сейчас не хватало того самого живого слова, которое бы зажгло искру хорошего настроения, перезапустило бы Нинино «я» изнутри и помогло сделать шаг вперед, уйти от скопившегося негатива. К сожалению, разговор с братом пусть и разрядил накаленность мыслей, но на этом и поставилась точка. И только сон сейчас мог изменить ситуацию. После сна, Нина была уверена, все сегодняшние неурядицы уменьшаться в разы и останется лишь голый разговор, то есть то, что только было по факту, а все эмоции, предположения, ненужные выводы уйдут в небытие. Это будет даже замечательно, приятная свежесть в голове и возможность либо адекватно всё пересмотреть еще раз, либо вообще всё с радостью оставить в ушедшем дне.
Примирение мамы и дочери прошло совершенно незаметно. Обе, вечером же следующего дня разговаривали друг с другом по телефону, словно и не было той размолвки. Но все ж таки стоит отметить, что разговаривали по телефону, а не Нина пришла к родителям. Значит, некоторое неудовлетворенное раздражение или проще сказать неприятный осадок у Нины в какой-то степени, но все еще присутствовал. Потому как если бы Нина полностью отошла бы от неприятного разговора, то невзирая даже на то, что мама могла еще быть чем-то недовольной или еще злилась, пришла бы к родителям. Так что дело было вовсе не в Нининой неуверенности на счет настроения мамы, а исключительно в своей собственной. Она еще сама внутренне колебалась, потому и отправилась после работыпрямиком к себе на квартиру.