– Да? – вопросом ответила Нина.
– Ты не могла бы купить мне вот эти лекарства. А я бы пока постояла и немного подышала.
Марта Андреевна достала из сумочки небольшой клочок бумаги и уверенно протянула его Нине.
– Сейчас, подожди, я тебе денежку дам, – молния на кошелке разъехалась и быстро закрылась, – этого хватит. Лекарства не особо дорогие. Вот эти и эти, – Марта Андреевна ткнула пальцем в список, – купи по две упаковки.
– Хорошо, – ответила Нина и забрала протянутую ей тысячу.
Очередь в аптеке, что была позади Нины, когда она покупала таблетки, теперь оказалась впереди. Теперь Нина стояла сзади все этих людей. Но несколько человек уже закупилисьлекарствами и ушли из аптеки. Оставался молодой человек уже что-то достаточно тихо говоривший девушке-фармацевту и сердитая женщина в длинной, ниже колен, зимней куртке-плаще. Оттаких граждан, всегда инстинктивно, делаешь шаг назад. Отталкивают они от себя своим недружелюбным, а порою и агрессивным видом.
На удивление Нины, парень простоял у окошечка довольно долго и всё о чем-то в полголоса разговаривал с девушкой. Женщина в куртке-плаще становилась всё мрачнее и сердитее. И то ли парень уже взял, что ему нужно было, то ли почуяв недобрый взгляд в спину, решил наконец-таки выйти из очереди. Еще чуть-чуть и женщина начала бы шумно высказывать свои недовольства – это Нина ясно прочитала по ее негодующему выражению лица. Но Нина была больше занята своими мыслями и не поняла потому, что парень у окошечка не нуждался ни в каких лекарствах, а с привеликим наслаждением придавался разговору с девушкой-фармацевтом. Сердитая женщина от того и была сердитая, что у нее вызвала естественное возмущение эта ситуация. Просто безобразие, что твориться вокруг!
Но безобразие не могло продолжаться вечно. Парень, о чем-то договорившись с девушкой, но, явно не наговорившись с ней, ушел. Женщина, переполненная, еле сдерживаемым возмущением, с ярко читаемым на лице презрением к девушке, купила упаковку таблеток, бинт, йод и высоко подняв голову, ушла. Нине пришлось посторониться, иначе бы воинственно настроенная женщина, нечаянно задев Нину, на сей раз не стала бы себя сдерживать и, скандал разразился бы на всю аптеку.
– Вот, Марта Андреевна, Ваши лекарства, – вышла Нина на улицу и с некоторым облегчением втянула в себя морозноватый, но все ж таки пропитанный некоторым количеством влаги воздух.
От того было и приятно дышать, вспоминалась минувшая метель. И чувствовалось, будто что-то эта метель забрала с собой. Будто ушло с ней нечто маленькое, но очень важное. Нина надеялась, хотя и не отдавала себе в том отчета, что еще непременно встретиться с этим важным и хорошим. А в том, что было хорошо, она была непоколебимо уверена.
– Ниночка, спасибо тебе большое! – искренней благодарности, да и радости тоже, не было конца.
– Сдача, – осторожно вкладывая в раскрытую ладонь чек и пятьсот восемьдесят три рубля, чтобы ненароком не рассыпались, сказала Нина.
– Ниночка, я просто обязана теперь напоить тебя вкусным чаем с пирогами.
– Ну, что Вы? К тому же у меня работа, – начала было находить отговорки, как это обычно бывает в такихпреисполненных благодарностью моментах, Нина.
Но Марта Андреевна была не простой тетенькой со скамейки и потому, ловко воспользовавшись секундной паузой, довольно по-деловому и серьезно, но, не теряя радостной улыбки, сказала:
– Я всё прекрасно понимаю, работа. А сейчас у тебя, должно быть обеденный перерыв. К тому же, у меня пироги еще совсем только в планах. Но мне очень хочется отблагодарить тебя. Согласись, скромное чаепитие вполне себе достойное спасибо.
Нина и не знала чего ответить. Такой интересный подход к обычной ситуации, то есть помогла и всё, вывел ее из равновесия. Своеобразно Марта Андреевна преподнесла свое желание отблагодарить и к тому же еще сумела заглянуть вперед, отрезав тем самым всякие дальнейшие Нинины разглагольствования о работе.
Отблагодарить. Не столько этого хотелось Марте Андреевне, сколько попытаться создать повод еще раз встретиться с Ниной и наконец-таки спокойно и никуда не спеша поговорить с ней.
Почему так? Для чего? Пока точно не ясно. Но однозначно и достоверно известно, что какого-либо подвоха или корыстной цели у Марты Андреевны не было.
Нине же было несколько не по себе.В столь необычной ситуации она еще не оказывалась. А все ее профессиональные качества юриста, так вообще забились где-то в уголочке и пребывали в тихом и безмолвном удивлении.