– Я хочу купить Ксюше стол, чтобы уроки делать и так, по мелочи.
– И ты уходишь?
Ульяна действительно засобиралась, оглядывая все вокруг с видом «ничего ли я тут не забыла».
– Герань просто шикарно распушилась. Ты на нее хорошо влияешь. У меня она какая-то чахлая была. Ах!.. Надо отросточек взять. Вдруг в новой квартире хорошо приживётся.
Она по-хозяйски подошла к окну, отдернула занавеску и, углядев для себя нужный отросток, отломила его. Подойдя к Лёше, она обняла его. Лёше в нос ударил терпкий, специфический запах герани. Но он еще с детства любил этот запах. И специально, в школе, подходил к подоконнику и теребил шершавые листочки, чтобы только понюхать.
– Пока, Леш! Пусть у тебя все будет хорошо, – и уже с видом гостьи, пробежав по комнате взглядом, ушла, плотно прикрыв за собой дверь.
А Лёше еще предстояло как-то переосмыслить всё случившееся. Единственное, что он сейчас ясно ощущал, была боль: от обиды, от разочарования (он каким-то образом верил, что все образуется, а не изуродуется до вот такой немыслимой степени), от предательства (он чувствовал себя преданным самым последним образом). Но было не понятно, как бы Леша отреагировал, если бы мать пришла и сказала словами и всем своим видом, что у нее все плохо. А вот то, что у нее все хорошо и сын ей совсем не нужен, до глубины души задело Лешу. Он был обижен и душевно раздавлен.
Спустя десять минут, когда ему резко опротивело стоять посреди комнаты, Леша пошел на кухню. Запах герани, если ему это не казалось, еще тонкими волнами витал в коридоре.
Леша еще не знал, что ему понадобилось на кухне. Но кроме всего вдруг навалившегося, у него начало проскальзывать чувство, что он что-то должен, что-то позабыл. И поймав это странное ощущение, Леша оперся руками о подоконник и стал усиленно вспоминать. В это же время за его спиной послышались голоса.
– Вот какая баба непутевая!.. Да и сынок-то тоже хорошо!..
Леша из-за своих мыслей не расслышал эти слова. Зато следующее, что полетело в тесное и всегда чем-то пахнущее (не всегда аппетитно) пространство комнаты, он разобрал дословно.
– Что ты лезешь, куда не нужно! Вечно суешься со своим дурацким мнением! Тебя же никто… никто не спрашивает!
Леша обернулся. В дверном проеме кухни, вся возбужденная, с воинственным настроем на продолжение словесной перепалки, стояла Рита. Ее рыжие волосы были заделаны в неаккуратный на самой макушке хвост, лицо было чистое, без малейших следов косметики.
Леша про себя подметил, что так ей гораздо лучше. Милая и симпатичная, даже не смотря на совсем не шедший ей цвет волос.
– Ах, ты!.. – начала выбрасывать свои ругательства ошеломленная и вмиг пришедшая в негодование Надя.
– На работу опоздал! – перекричал ее Леша и вылетел с кухни. Вот оно, что скрывалось под странным ощущением!
Рита еле успела посторониться, продолжая пожирать взглядом ненавистную и часто раздражающую, даже по пустякам, Надю. Та же, словно потревоженная клуша, заметалась по комнате, что-то бубня себе под нос и выкрикивая, не ясно кому адресованные, ругательные слова.
Рита еще раз, словно контрольно, сверкнула по соседке острым, враждебным взглядом и, все еще в возбуждение, хлопнула дверью теткиной комнаты, за которой и скрылась.
Не успевший разгореться костер перепалок и взаимным оскорблений был потушен. Толстый рыжий кот, словно прочувствовав ситуацию, вылез откуда-то на кухню и, уставившись на хозяйку требовательно замяукал.
– Вот, жри! – бросила Надя слова, вслед за которыми на пол полетел щедрый кусок колбасы.
Кот знал, когда лучше всего подходить к хозяйке в расчете на лакомство. Это чутье его практически никогда не подводило. Только Надя сей закономерности совсем не видела.Да и кота она завела больше для того, чтобы выглядеть, как ей казалось, более солидной.
«У меня есть кот… Надо кормить кота… Кот когтями изодрал весь диван…» – любила поговаривать она на работе.
И совсем не имея никакого отношения ко всей этой склочной суете, где-то за городом, по еще заснеженному полю, прошлось медленным лучом солнце.Что-то уяснив для себя, солнце забрало, подтянуло вверх, свой луч и вновь погрузилось в дрему, укутываемое пеленой туч.
Глава 12
После работы Нина решила направиться не к себе на квартиру, а к Леше. Она еще ни разу не бывала у него дома, или как там правильно сказать – в общежитии, в комнате. Но все же лучше дома, так более уютнее и не режет слух, более привычно.
Нина давно замечала, что Леша старается избегать даже самой темы об общежитии и уж тем более не могло быть и речи, чтобы он вдруг пригласил Нину к себе.