И становилось ясно, почему это Леша последнее время словно летает. Почему он такой хороший и добрый стал вдруг счастливым. Это ОНА сделала его счастливым. Это на ее красоту Леша повелся, как маленький, продолжая считать Риту, всего лишь соседкой девочкой.
Рита сидела и плакала, плакала. Уже вся подушка была в черных мокрых пятнах от туши, а по щекам все текли и текли темные ручейки.
Рите было жутко обидно за себя, за свою неудачливость и непомерную неуклюжесть. Короткие рыжие волосы, голубая футболка с какими-то надписями на каком-то языке и покрашенные в черный цвет короткие ногти возненавидились Ритой. И если футболку можно было снять, то от ногтей и волос так сразу избавиться не получится.
«Ненавижу! Всех ненавижу! Ненавижу! Ненавижу!..» – твердила бедная девочка словно заклинание, что могло спасти ее от ненастья.
Через задернутые слезной пеленой глаза Рита уловила смутное свое отражение и в бессилии бросила подушку в прикрепленное к шкафу зеркало.
Прошло пять минут. Дверь отворилась и в комнату вошла Ритина тетка.
– Это что здесь такое происходит? – выдала она, поймав взглядом подушку, что валялась на полу, – Ритка, что такое? Что случилось? Ну же, говори! – делая ударение на каждое слово, отчего ее речь стала отрывистой и совсем не плавной, громко заговорила тетка.
Рита же, молча, всхлипывала, отвернувшись от тетки и прижавшись, словно пытаясь защититься, к спинке дивана.
– Ритка, не молчи! Ты что, хочешь, чтобы я с ума тут сошла!
У тетки и правда начало быстро и нервно стучать сердце и все оставшиеся после работы силы напряглись в выжидающем и готовом к чему-то нехорошему комке. Чего можно было ожидать от непутевой девчонки, которую ей вверила сестра, не сумевшая ничему толковому ее научить. Интересно, если бы Риткин отец не ушел бы от ее матери, когда девочка пошла в первый класс, что-нибудь изменилось бы? И почему он вернулся спустя пять лет и внес со своим приходом слишком много суеты в дом? И почему теперь Настя, Риткина тетка, должна отдуваться и пытаться привести в человеческий вид их диковатого и глуповатого ребенка?
– Мне что, больше делать нечего, как стоять тут перед тобой и выпрашивать, чтобы ты заговорить со мной изволила! – продолжала нагнетать обстановку Настя.
Неожиданно резко Рита вскочила с дивана, выгнулась всем телом, как натянутая до предела струна и с припухшим от продолжительного горевания лицом предстала перед теткой. Той пришлось сделать шаг назад от истеричного напора племянницы.
– Да пошла ты куда подальше! Ненавижу тебя! Всех ненавижу!
Ее глаза сделались сухими, но оставались красными и припухшими. Плакать она больше не могла. Столько, сколько она вылила слез, еле хватило жидкости в организме.
И Рита, толкнув плечом тетку, выбежала из комнаты, со всей силой хлопнув дверью. Леша и Нина, что сидели и спокойно разговаривали, обернулись на свою дверь и вопросительно переглянулись. Если же Нина подумала, что Леша может знать, чего тут могло произойти, из-за чего такой резкий шум. То Леша просто, как бывает в таких ситуациях машинально уставился на собеседника, то есть на Нину, не ожидая ответа, но выразив выражением лица свое недоумение.
А Рита, не дав опомниться ни тетке, ни себе тем более, схватила с вешалки куртку, изругалась совсем нехорошими словами, когда та не снялась с первого раза, и на бегу вдевая ноги в осенние короткие и жутко страшные, такими она их видела на данный момент, сапоги, побежала вниз по лестнице.
– Нервная дура! Вся!.. Вся в свою неадекватную мамочку! – эхом полетели слова по лестничной клетке и обрывками надоевшего и опротивевшего голоса, впиваясь в Ритин мозг.
Нина сидела и не знала, как заговорить. Леша это понял, прочитал в ее непонимающе-вопросительных широко открытых глазах.
– Я сам не понимаю, что там случилось. Обычно Ритка ведет себя тихо. Я не помню, когда последний раз она с теткой-то разговаривала. У них обычно всегда тишина.
Леша встал и направился к двери. Нина вскочила со своего места и поспешила его остановить.
– Леш, стой! Лучше не надо! Если у них какой конфликт был… ты можешь просто попасть под горячую руку.
Нина ухватилась Леше за руку, выше локтя и заглянула ему в лицо. Ей было нужно убедиться, что Леша не так решительно настроен, чтобы встревать в чужую драку. Но признаться, ей и самой было интересно узнать, чего натворила девочка Рита. Но все же, не настолько, чтобы так вот просто запустить в Лешину комнату запах и атмосферу чужого раздора. Стена и дверь отлично защищали их от лишнего волнения и вздора.
И только наступило облегчение на душе у Риты, как дверь безжалостно распахнулась. Ощутимо ударил по лицу и влетел в комнату, как ненужный и пренеприятный сквозняк, плотный запах чужого раздора, негатива и почему-то глубокой черной зависти.