5
Максим удивился тому, с какой легкостью он рассказал обо всем бабушке и Наташе. О вернувшейся силе, о сделке с повелителем руин и неоднократных путешествиях в Некрополь.
Последний провал в памяти был самым затяжным — он забыл обо всем почти на неделю. Его накрыло после встречи с друзьями, по дороге домой. Воспоминания обрушились на Максима в метро. Из носа пошла кровь, и он выскочил из вагона на Кропоткинской. Максим запаниковал. Он больше не справлялся, не мог контролировать проклятие. Нужно было срочно увидеться с бабушкой.
Максиму удалось дойти до точки входа — неприметной, плохо охраняемой. Взломать ее было просто. Неприятности начались в шлюзе. Из-за паники и страха путешествие по буферной зоне затянулось. Сознание Максима блуждало в киселе чуждой реальности, неспособное уловить направление.
Когда Максим выбрался на другую сторону, он был совершенно дезориентирован и напоминал бедняг, которые вернулись из царства фей в обычный мир — потерянных и лишившихся рассудка.
Максим привалился спиной к опорам моста и сполз на землю. Его трясло, голова кружилась. Он потерял сознание.
Именно в этот момент сработал оберег Нины Сергеевны и инугами смогли выследить своего хозяина.
— Почему? — только и смогла вымолвить Нина Сергеевна, — Почему же ты не рассказал нам сразу?
Максим поправил очки, скрестил руки на груди.
— Мне не нужна была жалость. Я… просто устал от нее. Мама и сестры заботились обо мне, но я постоянно чувствовал себя изолированным от них — я не мог объяснить, каково мне. Жить, осознавая, что важная часть тебя изолирована в мире парадоксов, а ты ничего не можешь с этим поделать. Ты вырастаешь и становишься кем-то вроде сапожника без сапог: знаешь все о магии, но не можешь ею пользоваться. Когда силы вернулись, я вдруг наконец-то почувствовал себя взрослым, способным принимать самостоятельные решения. Знаю, звучит глупо, но именно так это и ощущалось. — признался он, — Я пытался решить проблему. Но, как видишь, переоценил свои силы.
— Самоуверенный дурак, — высказался Локи. — Но талантливый. Целый год водил за нос инугами! Не каждому магу это под силу.
Тор молчал. Он свернулся под столом у ног Максима. Наташа заняла свой любимый наблюдательный пост на верхушке сферы с огнем. Она сидела на ней, сложив ноги по-турецки и всем видом выражала неодобрение.
Нина Сергеевна молча подошла к Максиму и крепко обняла его. Максим испытал смешанное чувство неловкости и признательности: с одной стороны, ему было стыдно и страшно, с другой, его немного успокоило то, что бабушка поняла его мотивы.
— Знаешь, ты ошибся только в одном: ты попытался предсказать чужую реакцию. Реакцию Марины, Ники, Веры. Да, возможно они бы сошли с ума, узнав правду. Но ты мог бы сказать им все то же, что и мне сейчас, — в голосе Нины Сергеевны прозвучала усталость, — и в то же время, я признаю, что на твоем месте я бы тоже промолчала. Превозмогала, боролась, а потом погибла где-нибудь под мостом, съеденная грибами. Проще договориться с сущностью Некрополя, чем просто рассказать родным.
Максим кивнул.
— Ты права. Но я понятия не имею, что делать дальше.
— У меня есть пара соображений, — Наташа спустилась со своего наблюдательного поста и села рядом с Максимом. — Вообще-то, Сокар прав. Ответ действительно может быть в Клетке Парадоксов. Я слышала об одном маге, он занимался исследованиями моего мира и неоднократно отправлялся в самые отдаленные его уголки. Он вроде как магический Руаль Амундсен. Вам не понравится моя идея, но… я думаю о чем-то вроде экспедиции. Представь: ты, я, инугами, один из монстров Сокара и исследователь Клетки.
— Почему же не понравится? Звучит, как отличный план. Это лучше, чем жить в полном неведении и ждать, когда проклятье победит. — Максим улыбнулся, быстро заправил прядь волос за ухо.
— Ага, осталось только уговорить этого Амундсена отправиться с нами в Клетку Парадоксов, — подал «голос» Тор, — и вообще, я бы начал с разговора с друзьями и твоими родными, Макс. По-моему, они должны знать. Прежде чем ты радостно отправишься в мир парадоксов и все такое. Простите мне мое занудство, — прибавил Тор секундой позже.