— Давайте ускоримся, — рационально предложил Локи, — я понял, что ужасно хочу костей брандашмыга.
Ни у кого из компании не возникло возражений. Максим пошел быстрее. Локи побежал впереди, а Тор — за Максимом.
Вскоре они достигли развилки: из небольшого зала в три разных направления уходили коридоры. Максим выбрал самый левый.
3
— Молодой человек, вы к кому? — пожилой маг в камуфляже возник у Максима на пути так внезапно, что на секунду он потерял дар речи. — Дальше можно только по пропуску волонтера или резидента! У вас такой есть?
— Я… эм, не уверен. Я внук Нины Сергеевны Кузьминой, Максим Маяковский.
— Да какая мне разница? Может ты брандашмыг. Или Тень. Или еще какой черт, — за спиной колдуна проступили очертания двери, испещренной защитными рунами, — пропуск или… так, а это у нас кто? Инугами?
— Так точно, — мысленно отозвался Тор, — а вы, видимо, дух-охранник?
— Да. После смерти я решил не покидать Некрополь. Мне тут нравится, — сообщил охранник.
— Позовите, пожалуйста, Нину Кузьмину. Это очень срочно, — попросил Локи.
— Не могу отказать инугами. Хорошие вы псы! — с этими словами дух-охранник исчез.
Максим еле слышно выругался сквозь зубы.
— Они обновили защитные системы. Больше не нужно выставлять дозорных. Технологии развиваются, — усмехнулся он, — призраки охраняют покой живых.
— Макс?..
Испещренная рунами дверь вдруг распахнулась и оттуда вышла Нина Сергеевна — в неизменном камуфляжном костюме и длинными седыми волосами, заплетенными в косу. Она была невысокой и костлявой, с резкими чертами лица. Нина Сергеевна тоже носила очки — по маминой линии все родственники Максима унаследовали близорукость.
— Это правда ты? — поинтересовалась Нина Сергеевна.
— Да! И у меня нет пропуска.
— Ну еще бы! Подожди, сейчас я тебя просканирую.
Не выходя за пределы защитного поля двери, Нина Сергеевна протянула руки вперед и сделала пару пассов. Результаты проверки ее удовлетворили.
— Я разрешаю тебе войти, — сказала она.
— Ох, слава богам, — Максим шагнул к бабушке и наклонился, чтобы обнять ее.
— Вижу, что дело плохо, — Нина Сергеевна держалась, как всегда, спокойно и хладнокровно.
Максим кивнул.
— Пойдём, по дороге расскажешь.
Нина Сергеевна повела Максима к своей подземной резиденции. Дверь захлопнулась позади и превратилась в сплошную стену, отрезав Максима, бабушку и собак от пустынных коридоров «Октября».
Пространство, в которым они оказались, напоминало причудливую архитектуру Дома Мила в Барселоне: внутренний двор-колодец, ярусы этажей, уходящие вниз по спирали, к бассейну с прозрачной водой. Потолок имитировал звёздное небо: неестественно-ярко горел Млечный Путь и голубовато-зеленое северное сияние. Свет отражался в бассейне: казалось, будто этажи парят между небом и водой.
В бастионе было довольно оживленно: его обитатели спешили по делам, отрывисто здоровались с Ниной Сергеевной. Раньше Максиму нравилось это место, но теперь оно почему-то вызывало уныние. Около тысячи человек добровольно замуровали себя под землёй. Выходить на поверхность опасно, нужно постоянно быть начеку. Хрупкая реальность трещит по швам, каждый день приносит лишь неизвестность, новые виды тварей и плотоядных грибов.
Максим быстро пересказал бабушке события последних дней, о встрече с друзьями и загадочном пробуждении на руинах Некрополя. Нина Сергеевна слушала, не перебивая, время от времени повторяя лишь многозначительное «хм-м-м».
Бабушкина «резиденция» почти не изменилась. В просторной студии горела огромная сфера с магическим огнём внутри. Все вещи находились в идеальном порядке. Комната вполне могла сойти за музей истории магии — по количеству экспонатов и по царившей в ней атмосфере системности и лаконичности.
Нина Сергеевна включила чайник (обычный, работавший от аккумулятора). Максим уселся за стол и понуро опустил голову. Тор и Локи вертелись у ног бабушки, тявкая и выпрашивая угощение.
— Сейчас попьём чай и свяжемся с Наташей. Сразу с ней все обсудим. Я попробую разблокировать твои воспоминания. Как себя чувствуешь?