— Да прекрати ты его так называть! — перебила я его с крайним негодованием.
— А на днях мы поженимся, — все с той же сталью в голосе сказал Макс.
— Ты знаешь, у тебя отвратное чувство юмора, — усмехнувшись, сказала я после минутного молчаливого диалога между нами. Но он молча сверлил меня чёрными глазами. — Макс, это не смешно, — так и не дождавшись ответа, я продолжила уже с дрожью в голосе: — Ты же шутишь? Да хватит на меня так смотреть! — не выдержала я.
— Мария, я серьёзен, как никогда.
— Да ты с ума сошёл! Точно! Нет, нет и НЕТ! — меня уже потряхивало от абсурдности и полного вздора.
— Да! — решительно заявил Арский. — Иначе…
Глава 22
— Иначе что? — крикнула я на эмоциях громче, чем следовало и покосилась в сторону детской.
Макс был предельно собранный и я бы даже сказала невозмутимый, но его выдавали ходящие желваки и тяжёлый потемневший взгляд.
— Ну? Что ты молчишь? Что ты мне сделаешь? — он молчал. Не отводил глаз от моего лица и молчал. Словно не хотел говорить, а я все настаивала. Глупая…
— Я заберу твою дочь.
Мне показалось, что земля ушла из-под моих ног. Её выбил Макс. Я пошатнулась, задыхаясь, хватая ртом воздух, как выброшенная рыба… Лучше бы он меня ударил. С этим я бы справилась. Но дочь… Нет… К такому я не была готова. Мысли нервозно дёргали меня в разные стороны. Яростно затрясла головой и бессвязно бормотала:
— Ты не сможешь! Любой суд оставит её мне. Да и Женя никогда так не поступит. Он…
— Его дочь уже три года растёт без отца! ТРИ ГОДА! Ты думаешь он тебе спасибо за это скажет?! И поверь, деньги и связи решают почти все! — твёрдо и жестоко режет мой слух его ледяной голос.
— М-макс, ты н-не сделаешь этого! Не сможешь. Ты ведь не такой… — лепетала я рассеянно, не веря в услышанное.
Он близко подошёл, приподнял мой подбородок двумя пальцами и зло прорычал:
— А тебе откуда знать какой я?!
— Нет, Макс, ты ведь можешь быть эгоистичным, рассерженным, решительным, но ты не был жестоким и бесчеловечным.
Он порывисто и резко дёрнул меня на себя, впечатывая меня в свою грудь. Левой рукой запустил ладонь в мои волосы и сжал, причиняя не сильную, но отрезвляющую боль. А правой — прижал за плечи, фиксируя мои попытки оттолкнуть его. Облизал мочку моего уха и гневно прошептал:
— А вот за это тебе надо сказать "спасибо", маленькая зеленоглазая ведьма!
Запах его парфюма с ароматом и теплом кожи мужчины ударили резко по обонянию, я судорожно вздохнула, и почувствовав как жар медленно разливается по моему телу, превращая его в пластилин, попыталась выбраться из железной хватки. Но, где уж мне…
Страх с рассеянностью уступили первенство злости и я попыталась ударить его коленом в пах. Но Макс пресек мою неумелую, но яростную попытку, разворачивая и прижимая меня спиной к себе. Перехватил мои руки на запястьях.
— Макс, ты ведёшь себя как м. дак! — шипела я, пыхтя и трепыхаясь.
— Мария, я ведь предупреждал тебя, чтобы ты следила за языком. Я ведь могу найти ему лучшее применение… — вкрадчиво шептал он, обдавая горячим дыханием мою шею, вызывая импульсы трепета и раздражая меня ещё сильнее.
— Да пошёл ты! — не оставляя попытки освободиться, сказала я.
— Вместе пойдём.
Он насильно разжал мой кулак левой руки и поцеловал в раскрытую ладонь.
Не успела я ответить, как раздался звонок в дверь.
Я замерла. А Макс чуть ослабил хватку и спросил:
— Ты кого-то ждёшь?
— Нет, — ответила я, но задумавшись добавила: — Это может быть Илья.
Он помрачнел, отпустил меня и пошёл к двери. Я кинулась за ним, преграждая ему путь.
— Стой! Дай мне с ним поговорить. Наедине. Пожалуйста! Макс, если ты напугаешь Алису…
— Иди, — кивнул он несколько секунд спустя, пристально вглядываясь в моё лицо, и направился в сторону ванной.
Подошла к зеркалу и ужаснулась своему виду: волосы взлохмачены, на щеках нездоровый румянец, а глаза лихорадочно блестят. Пригладила волосы как смогла впопыхах, и сжимая пылающие щеки ледяными пальцами, открыла дверь.
У меня непроизвольно вырвался вздох сожаления и я прикрыла рот ладонью. Но вспомнив, что Макс в опасной близости и надо Илью выпроводить с наименьшим потерями для него. А то он и так уже достаточно пострадал…
Илья внимательно осмотрел меня и прошёл в квартиру, закрывая за собой дверь. Сам Илья выглядел похуже моего: нос припухший, губа рассечена в двух местах, с глаза на висок переходил цветастый фонарь.
— Илья… — начала я, но запнулась. Нужные слова никак не шли на ум. Я кинула взгляд в сторону ванной, но тут же посмотрела на Илью. — Как ты себя чувствуешь? Может мы найдём другое время для разговора? Поздно уже.