Чёрт! Я так и знал, что он мразь каких поискать!
— Я хотела с тобой связаться, но не знала как, — продолжала сбивчиво говорить Маргарита. — Я написала заявление. Полиция уже начала поиски.
— Капитан Морозов Павел Петрович, — представился следователь. Мрачный мужик, чуть за сорокет, внимательнейшим образом весь наш разговор наблюдал за мной. — Когда Вы говорите последний раз видели гражданку Титаренко?
— Сегодня. Около семи часов утра, — ответил я капитану и не глядя на Риту, обратился к ней. — Рита, дай мне свой телефон.
Быстро вбиваю свой номер. Делаю дозвон себе и протягиваю ей телефон.
— Были ли ссоры, ругань? Может заметили странности в её поведении? Как думаете, Максим Владимирович, где она может быть?
— Скинь мне номер своей матери. Сейчас съезди, забери Алису и поезжайте к ней. Только не одна. Есть кому за тобой присмотреть? — Дождавшись её кивка, я продолжил отвечать на вопросы капитана, хоть они меня изрядно подбешивали, особенно его подозрительные взгляды. Но стоит отдать должное его хватке, раз меня он уже знал. — Ссор не было. Всё было нормально. У меня на телефоне стоит программа слежения её сотового.
Открыв приложение, не обращая внимания на удивлённые выражения лиц, я жадным глазами впился в точку на экране смартфона.
— Около двух километров от сюда. Пожарского, 213. Я поехал, — уже на выходе бросил я.
Запрыгивая в машину, увидел, что капитан Морозов увязался за мной. Выруливая на оживленную улицу, я проклинал обеденные пробки и всех жителей южного города.
Маша! Машенька моя! Потерпи немного, я обязательно тебя найду. Где бы ты не была.
Да уж, прошлый раз я искал её больше трех лет.
Нет, черт возьми! Это совершенно другая ситуация. И сейчас я не об этом должен думать. Мне нужно прочь гнать эти мысли.
Я всегда старался держать свои эмоции в узде. Считал, что только трезвый ум и холодная голова способны решить любую проблему с наименьшими потерями или вовсе с отсутствием таковых. Но как быть сейчас, когда кровь в жилах стынет и внутренности выкручивает наружу только при мысли о том, что эта мразь рядом с моей Машенькой. А подумать, что он может с ней сделать за то время пока я её ищу, вызывают у меня слепую ярость и судорожную боль в каждой мышце.
Стискиваю руль до ломоты в суставах и прошу кого-то там, наверху, чтобы с ней все было хорошо.
Я никогда не верил в Бога. Но, мне кажется, что среди страданий и отчаяний каждый начинает искать Его. И просить…
— В каких они сейчас отношениях? — услышал я голос капитана сквозь поток мрачных мыслей. Поймав мой взгляд, он добавил: — Как они расстались?
— Скорее плохо, — сказал я, вспоминая последнюю нашу встречу с этим гусем.
— А какие у Вас с Марией отношения?
— Она не могла к нему вернуться по доброй воле. Это исключено, — сквозь сжатые зубы ответил я, с трудом сдерживая злость.
— Я бы на Вашем месте не был так уверен. По словам свидетеля, она сама села в машину. Это, конечно, не доказывает её добровольного жеста, но все же есть над чем подумать.
— Она пошла в парк, — сказал я, отмечая перемещения на экране телефона.
В парке ее телефон найти было несложно. Телефон, но не Марию.
Как выяснилось, её мобильный подобрал подросток вблизи её работы, на парковке.
Твою мать! И в телефоне нет никакой полезной информации. Там ведь переадресация стоит на мой номер.
— Вы квартиру его проверяли? На работе были? — громче, чем следовало спросил я, тщетно пытаясь успокоить свои нервы.
— По нашим данным Илья Колосков в командировке со вчерашнего утра в Краснодаре. Ни дома, ни на работе его нет. Звоните как только что-то будет известно, — протягивая мне визитку, сказал следователь. — И никуда не уезжайте из города, — добавил уже уходя.
Вот дьявол!
Так, спокойно! Надо действовать! Как можно быстрее.
Дрожащими руками нажимаю на вызов безопасника, строя план поисков в голове.
— Слушаю, Максим Владимирович, — отвечает со второго гудка бывший следак.
— Игорь Петрович, сею секунду надо узнать все об этом Колоскове Илье. Все связи: родственники, друзья, знаковые. Все, что касается недвижимости. Где он может прятать и удерживать человека. В первую очередь заброшенные дачи, дома и так далее. Как можно быстрее.
— Понял. До связи.
Засунув телефон во внутренний карман куртки, я полез в бардачок за злосчастной зелёной папкой. Может хоть там будет что-нибудь полезное. Хотя вряд ли. Её содержимое я знаю наизусть. Но я просто не могу ничего не делать. Бездействие меня разъедает изнутри, а страх за неё отравляет мою кровь.