- Приехали... - протянул он.
Как Рид и предполагал, на дне белой посудины в позе зародыша лежала она. Без подушки, без одеяла, на холодной, твердой эмали, точно в утробе матери.
Услышав шум, девушка широко распахнула глаза, в которых светился, нескрываемый за человеческой оболочкой, звериный инстинкт. Она единым рывком выпрыгнула из ванны и накинулась на растерявшегося следователя, норовя его задушить. Оба в итоге оказались на полу. Ее пальцы сомкнулись на горле мужчины до того, как он успел как-то отреагировать, но узнав Рида, хомячиха замерла, ослабив хватку, а ее взгляд стал таким, как прежде - откровенно растерянным.
Рид небрежно скинул с себя оторопевшую девушку. Падая, он больно ударился локтем о плитку и теперь всем сердцем ненавидел начало нового дня.
- А мог бы и предвидеть... - ворчал он, поднимаясь с пола, а про себя отметил, что она действительно очень сильная. Создалось ощущение, что на него налетела не стройная девушка, а полноценный медведь.
Сама она отползла в угол и виновато потупилась, словно нагадивший щенок.
- Тебе две минуты, чтобы умыться, - процедил сквозь зубы следователь и вышел, хлопнув дверью.
Девушка приблизилась к умывальнику и зеркалу над ним. Сегодня ее лицо казалось свежее. Она поднесла руки под кран, и полилась вода. Холодная. Такой совсем не хочется умываться.
Хомячиха заметила две зубные щетки в стаканчике: синяя и розовая.
- Две... - прошептала она.
С одной стороны, что в этом странного? С чего она взяла, что он живет один?
Девушка раз брызнула на себя водой и убрала руки из-под крана.
Когда она вышла из ванной комнаты, то увидела на кровати серую толстовку с капюшоном.
- Надевай, - послышался из-за спины голос, - Сегодня прохладно.
Хомячиха, не раздумывая, стянула с себя футболку. Рид тактично отвернулся и отпил глоток свежего кофе. Сегодня он как раз кстати.
Закончив со сборами, следователь невольно улыбнулся, глядя на девушку в его одежде. В последний раз он одевал эту толстовку, еще когда учился в колледже. С ней было связано столько воспоминаний.
Чутье
Через пять минут после простого (кукурузные хлопья с молоком) завтрака они оба уже садились в машину. Девушка без упрашиваний села на заднее сидение, и хид-кар покинул стоянку.
Николас арендовал офис в другой половине города, и дорога туда обычно занимала в среднем полчаса, но это был лучший вариант, поскольку жить в районе, который кишит патрулями, не очень хотелось, а вот работать там не только веселее, но и эффективнее из-за большого количества информаторов, которые зарабатывают на этом деньги.
В том же здании работал его конкурент, Дональд Мэйр, но иногда им приходилось объединять усилия, когда кому-то из них попадалось особо сложное дело, такое, как раскрытие заговора или выявление шпиона. В таких случаях политики и крупные магнаты чаще прибегали к помощи именно частных следователей, чтобы полиция в процессе раскрытия дела случайно не заметила пару грешком и за самими «жертвами». Частный сыщик - это иными словами наемник, которому платят деньги, и он молча делает свою работу.
Последнюю неделю от Дональда совершенно не было новостей, и Рид предположил, что он снова ввязался во что-то серьезное. Хотя Николас и недолюбливал его за назойливый характер и бесконечный поток глупых шуток, он признавал его талант и был готов при надобности переступить через свою неприязнь.
Проезжая мимо серии дорогих магазинов, Рид заметил в воздухе два грузовых вертолета. Издалека трудно было распознать, кому они принадлежат, но беспокоило то, что обе вертушки летели в одном с ним направлении.
Наблюдая за их перемещением, следователь не заметил, как стал сильнее давить на газ. Ритм сердца не участился, но толчки стали ощутимее, и грудь буквально сдавливало невидимой силой. Давно такого не было. Проснулось чутье охотника, которое редко его подводило.
Словно в подтверждение его догадкам, послышалась короткая сирена - сигнал к вниманию, а за ней мелодичный женский голос, пропускаемый через рупор и рассеивающийся эхом: «Внимание всем гражданам. Проезд в центральный район временно заблокирован. Пожалуйста, те, кто находится за линией ограничения, покиньте территорию. Повторяю, не поддавайтесь панике и покиньте территорию».
Сверху появилась красная голограммная линия ограничения, замыкающаяся кольцом, и Рид оказался внутри этого кольца. Более того, теперь хид-кар не мог сдвинуться с места, зажатый в пробке на эстакаде. Она условно делила город на две половины, и именно по ней следователю приходилась проезжать едва ли не каждый день, минуя сложные перекрестки, но сегодня эта, казалось бы, надежная конструкция превратилась в ловушку. Напуганные автомобилисты в попытках сделать так, как говорит голос, начали сталкиваться друг с другом. Впереди уже была полная неразбериха. Некоторые бросали свои машины, хватали на руки детей, сумки и то, что представляло ценность, и неслись в указанном направлении.
Просьба не поддаваться панике не увенчалась успехом. Даже сквозь герметичные окна было слышно, как вопит толпа.
Где-то слева громыхнул взрыв. Не слишком мощный, похожий на разрыв снаряда, но его хватило, чтобы люди совсем потеряли головы от страха и помчались с утроенной прытью. Риду этот взрыв показался знакомым. Нераскатистый, короткий, будто хлопок. Миномет В8. Аккуратно встроенные в кибернитическое обмундирование, они использовались консервами в крайних случаях.
Внизу, слева находился недавно построенный торговый центр «Квант», который вмещал в себя несколько кинозалов и новый вид развлечения для подростков -слайдром[1]. Сбоку от здания была огромная парковка, поделенная на несколько секторов, включая подземку. Рядом с ней сейчас и происходили активные действия стражей порядка.
Рид глянул в зеркало заднего вида. Хомячиха сосредоточенно смотрела в ту сторону сквозь тонированное стекло. Ее зрачки сузились до предела, а радужка наоборот расширилась, и в ней теперь стал более заметным узловатый узор.
- Что ты видишь? - зачем-то спросил следователь, но ответа не дождался. Она не шелохнулась, так и сидела неподвижно, как восковая фигура.
В этот момент какой-то мужчина, пробегающий мимо, зацепил боковое зеркало. Оно чудом не отвалилось, но на самом зеркале появилась ветвистая трещина. Рид ругнулся, скрипнув зубами.
- Ладно, нам тоже здесь лучше не оставаться, - сказал он, а самому до невозможного хотелось рвануть туда, в гущу событий, но он не мог, пока с ним была хомячиха.
Рид услышал, как открылась задняя дверца. Он инстинктивно повернул голову, но было уже поздно. Девушка выскочила из машины, шустро протиснулась сквозь поток ревущих, как стадо бизонов, людей и, опершись на правую руку перескочила через край моста. А ведь высота там была не меньше пяти ярдов.