– Давай найдем библиотеку, – сказала Мисо.
– Давай попробуем, – живо откликнулась я.
– Тебе тяжело? Болит? – спросила Мисо.
– Да, сил мало. Но это не страшно, идти могу, – я улыбнулась, пряча усталость.
Лицо Мисо помрачнело.
– Тогда в библиотеку пойдем завтра, а сегодня отдохнем. Тебе нужно поспать, – в ладошке, которой она меня держала, почувствовалась сила.
Я шагала туда, куда вела меня Мисо. Мы прошли мимо окруженной низкими постройками старой церкви и спрятались внутри укрытого в тени небольшого дома. Пробиравший до костей холод стал совсем невыносимым, и мы разожгли огонь. Но как только мышцы расслабились, холод стал чувствоваться сильнее. Заледеневшая на морозе боль оттаяла в тепле и теперь вместе с кровью циркулировала по всему телу. Каждый вдох вызывал жжение и резь, как будто где-то между сердцем и легкими застряли осколки стекла. Руки, ноги и губы дрожали и мешали даже отпить воды.
Я спала без снов.
Когда открыла глаза, Мисо мяла мою ладонь.
– Сколько я спала? – спросила я.
Мисо была в слезах. Я протянула руку, чтобы вытереть ее лицо. Оно показалось мне горячим. Мои ладони оледенели настолько, что я засомневалась, не мертва ли я. А что, если я умерла, просто не знаю об этом и теперь пытаюсь прикоснуться к Мисо? Эта мысль меня даже не напугала. Единственное, о чем я думала – «Главное, что с Мисо все в порядке».
– Почему ты плачешь? Я слишком долго спала? – снова спросила я.
Если она ответит, значит, я жива. Мисо вытерла слезы и показала два пальца.
– Два часа?
Она взволнованно помотала головой.
– Два дня. Два дня ты не открывала глаза.
Должно быть, за это время она сотни раз прикладывала руки к моему сердцу. Нужно встать. Нужно показать, что мое сердце горячее, как всегда. Опираясь обеими руками о пол, я приподняла спину. На полу лежала открытая книга, которую Мисо принесла из магазина. Страницы были плотно исписаны:
Я тебя не оставлю.
Не оставляй меня.
Когда проснешься, я пообещаю тебе.
Пообещаю, что буду любить.
Мисо будет меня помнить. Она сильная, она будет расти. Она станет достойным человеком. В ее воспоминаниях я буду становиться моложе. Придет день, когда она поймет, что хоть и считала меня взрослой, на самом деле я была еще ребенком, едва достигшим двадцатилетия. Чтобы настал такой день, нужно множество других дней. Перескочить через время невозможно.
На закате мы отправились в путь. Я не поправилась и долго идти не могла. Казалось, быстро выбраться из города не удастся. Я точно больна, и пусть умру я не сегодня, сил становится все меньше. Настанет момент, когда я превращусь в обузу для Мисо. Куда нужно идти, чтобы встретить Чину? Мы расстались, даже ни о чем не договорившись. «Я буду ждать!», «Мы еще встретимся!», «Я вернусь»…… – мы ничего этого не сказали и не смогли даже попрощаться. Неужели мы встретились в этих холодных землях, открылись друг другу и полюбили с первого взгляда только для того, чтобы промелькнуть в жизнях друг друга мимолетной встречей? Может быть, не нужно было так убегать? Мисо остановилась, потянула меня за руку и спряталась внутри здания. Я бессильно поплелась за ней.
– Там был человек. Он стоял и смотрел на нас, – показала жестами Мисо.
Я осторожно выглянула наружу. Солнце уже село, но темнота еще не сгустилась. Остатки синеватого света напоминали утренние сумерки. У входа в здание на другой стороне дороги кто-то стоял. Он был чуть левее нас и смотрел в том направлении, откуда мы пришли. Я достала пистолет. До сих пор я ни разу не стреляла. И не хочу стрелять в будущем. Я больше не хочу никого убивать.
Ветер гнал мусор вдоль обочины. Было тихо и темно. Человек не прятался и рассеянно смотрел на дорогу, по которой мы пришли. Казалось, он смотрит на прошлое, коснуться которого не может. Из здания выбежал ребенок и повис на его рукаве. Лишь тогда я их узнала. Я взяла Мисо за руку и вышла на дорогу. Откуда-то издалека донесся едва различимый плач. А может быть, это был вой ветра – протяжный и печальный звук, словно высокая, чистая ария.
– Ты их помнишь? – спросила я у Мисо. – Они дали нам леденцы.
Тут она закивала. Из здания вышел муж той женщины. Она медленно махала нам. Это было первое подобное приветствие за все время наших скитаний по России. Глядя на них с противоположной стороны дороги, мы шагали дальше.