- Да - Она замолчала. - Мне просто интересно, что бывают исключения. Ведь раньше ты не давал мне закончить...
Из моего горла вырывался смех.
- Я полагаю, всегда могут быть исключения. Теперь спать. Это был очень длинный день.
- Спокойной ночи, Джейкоб.
Глава 23
Сара
Я нервно ждала возвращения Джейкоба. Он уехал на Собрание раньше, чем обычно. Он не вспоминал про Брата Тимоти или Сестру Лилит, и я не спрашивала, но тема висела в воздухе, словно густое облако. Когда я сегодня утром мыла волосы, то получила лучшее представление о том, сколько их у меня осталось. Пряди подлиннее свисали ниже подбородка, на затылке было совсем коротко. Лилит перерезала их у самого основания хвоста.
Хотя я должна была слушать учения Отца Габриеля, мне было слишком сложно сосредоточиться при всем вихре мыслей в голове. Перед отъездом Джейкоб предупредил меня, что сегодня в ангаре будет Брат Мика и другие. Видимо, они подхватили припасы в «Восточном Сиянии», нужно было выгрузить их и отвезти в общину. Когда я спросила, как они перевозили припасы, так как в большом самолете был мягкий роскошный салон, он ответил, что под салоном есть достаточно вместительный грузовой отсек, с доступом снаружи.
Это заняло у меня некоторое время, но я училась интересоваться, а не задавать вопросы.
Я недавно слушала урок о греховности гордыни. Это напомнило мне комментарий Элизабет, и я решила, что это будет один из вопросов, над которым мне стоит поработать. Рейчел однажды сказала, что ей надо работать над своим терпением. Поэтому вполне нормально осознавать свои проблемы и работать над их решением, работать над совершенствованием себя. Однако, вместо того, чтобы работать над гордыней, я наоборот, гордилась. Я была горда не за себя; я гордилась своим мужем, той важной работой, которую он делает для Собрания и Отца Габриеля, и в основном его проницательностью.
Я была готова принять его наказание прошлой ночью. Отпустить свои грехи и принять его решение. Когда он вел меня наверх, я поняла, что произойдет, или мне так показалось. Я проговорила больше, чем одну безмолвную молитву, чтобы он захотел проявить снисхождение. Несмотря на то, что мысль о двадцати ударах ремнем казалась непостижимой, как только я призналась во всех своих проступках, то отпустила их, они мне больше не принадлежали. Это не означало, что я ожидала то, что случилось. Никогда, даже через миллион лет, не могла я предвидеть его противоположную реакцию.
Мое лицо вспыхнуло, когда я подумала о прошлой ночи. Это не была наша первая ночь любви, но для меня она ощущалась таковой. Как я могла забыть, каким обходительным был Джейкоб со мной в постели. Я была права, когда предположила, что он бескомпромиссно покорял и щедро одаривал. Может, это не предсказание, а воспоминания.
В любом случае, сейчас мое тело болело. Главным образом от приятных напоминаний прошлой ночи. В отличие от других напоминаний, тех, которых я хотела бы избежать, напоминания, которые я испытывала в настоящий момент, мне нравились, я не жаловалась на них. Я бы хотела испытывать подобное ежедневно. Я знала, что занятие любовью не изменит нашу динамику, но, похоже, это все-таки случилось. Когда я готовила ему завтрак и варила кофе, я поняла, как сильно хотела ему угодить. Особенно если он по-прежнему поддерживал меня на пути моего поиска. Может, я ощущала не гордость, а благословение.
Пока я рассуждала, из ангара послышались звуки. Я знала, Джейкоб рассказывал мне, что это могут быть Брат Мика и остальные, так что мне не следовало паниковать при любом шуме. Конечно, мне помогло еще и его упоминание, что Брат Тимоти будет на Собрании, а Сестра Лилит не может выезжать за пределы общины самостоятельно. Хотя это заставило меня чувствовать себя лучше, я все еще беспокоилась о нем. Я сомневалась, что он позволит их действиям остаться без реакции, не обострив конфронтацию.
Я закусила губу, задумавшись о том, мог ли Джейкоб, член Собрания, противостоять Брату Тимоти, члену Комиссии. И что может из-за этого случиться?
Когда дверь гаража поднялась, я поспешила к часам. Сейчас было почти десять тридцать. Собрание должно было закончиться. Надеясь, что это Джейкоб, я заняла свое место у двери. Я мельком припомнила, что сказал мой муж вчера вечером о коленях. Я не была уверена, когда он это говорил, но, несмотря на мои очевидные преступления и его верховную власть над моей жизнью, он заставил меня чувствовать себя любимой и достойной его. У меня больше не возникало затяжного чувства обиды по поводу ожидания того, когда он войдет. Я была счастлива сделать это.