Дух очень серьёзно посмотрел на него, что-то решая, и наконец удовлетворённо кивнул.
— Может, ты и прав, – проговорил мужчина. – После проклятия на вечные муки сложно чем-то удивить. Но я всё равно не верю в то, что Аспид согласится с нами сотрудничать.
— В любом случае, нам стоит хотя бы попробовать, – настоятельно заметил Хорсий. – Прежде, чем его убивать.
— Как же мне не нравится командная работа! – протянул Дух и с размаху сел на землю, скрестив на груди руки и обиженно надувшись, точь-в-точь, как маленький капризный ребёнок. – То государственный переворот им устрой, то умри ради общего дела, то переговоры! – он завалился спиной на траву и закрыл смуглое лицо ладонями с длинными тонким пальцами. – Я устал от вас всех!
Рыжая белка, всё это время сидевшая на руках Духа Леса, стремительно переместилась к нему на лицо и, свернувшись клубочком, улеглась поверх прижатых к глазам ладоней.
Марья шумно выдохнула и присела на траву рядом с мужчиной.
— Эй, ну ты чего? – мягко улыбнулась девушка, ласково поглаживая Духа по жёстким спутанным волосам. – Всё же хорошо. Поедем в Горы, заставим гордых и надменных драконов принять человеческий облик, пошутишь над ними, развлечёшься, соблазнишь пару наложниц Аспида. Ты же такое любишь!
Вместо ответа Дух лишь промычал нечто нечленораздельное в собственные ладони. Марья звонко засмеялась и легонько потрясла мужчину за плечо.
— Перестань, будет весело! – пообещала Равнинная царица, осторожно поднимая рыжую белку, чтобы пересадить её к себе на колени.
— Ладно, – резко убрав от лица ладони, выдохнул Дух. – Чёрт с вами. Поехали в Горы.
Глава 33. Новый царь
Несмотря на то, что засыпал Горный царевич, прижимая к себе тело царицы, умостившей белокурую голову на его плече, проснулся он один. Всё ещё было светло и, посмотрев на солнце, Яр понял, что проспал не больше пары часов.
Он сел и встряхнул рукой волосы, стряхивая с них мусор, налипший после сна на траве. Полученные в Пустоши и на её границе раны и ушибы побаливали, мышцы тянуло после долгого бега, но сон действительно помог, и Яр чувствовал себя значительно лучше.
Марьи нигде видно не было, и юноша поднялся на ноги, оглядываясь по сторонам.
— Ты проснулся! – послышался за спиной девичий голос.
Царевич улыбнулся и встретился взглядом с голубыми глазами царицы, обрамлёнными желтоватыми изогнутыми ресницами. В руках девушка держала букет полевых цветов и широко улыбалась.
— Ты выглядишь очень милым спросонья, – отметила Марья, разглядывая полузакрытые глаза и лохматую голову юноши.
— Отёкший? – Яр с пониманием кивнул и потёр лицо руками, словно это могло чем-то помочь.
— Похож на котика, – с улыбкой пояснила царица. – Но не в том смысле, в котором тебя так называла твоя тётя. А просто выглядишь мило. Только не обижайся на это сравнение.
— Я не обижаюсь, – юноша покачал головой. – Дух Леса так и не объявился?
— Пока нет, – Марья подошла ближе и, неожиданно смутившись, протянула царевичу букет. – Это тебе.
Яр удивлённо вскинул тёмные брови и взял цветы с таким видом, словно ему преподнесли не букет, а какой-то загадочный магический артефакт с непонятными свойствами.
— Мне? – недоверчиво переспросил юноша, оглядывая подарок со всех сторон, словно в надежде, что он вдруг превратится во что-то другое.
— Ну, да, – царица завела руки за спину и неловко качнулась на пятках. – Они тут растут везде, красивые такие. Я их увидела и подумала о тебе. Вот и решила, ну… подарить тебе букет. Тебе не нравится?
— Нравится, просто… – он замялся, подбирая слова. Букет действительно был красивый: небольшой, лохматый и яркий. Из ромашек, зверобоя и васильков. – То есть, спасибо, но… Как бы сказать? – Яр озадаченно почесал затылок. – А в Равнине так принято?
— Не совсем, – Марья шумно выдохнула, прекрасно понимая, что именно могло так смутить царевича. – В целом, в Равнине и мужчины, и женщины дарят друг другу цветы, здесь нет ничего такого. Но именно как часть ухаживания, обычно цветы дарят мужчины женщинам. Но мы же с тобой необычная пара, да? – она посмотрела на юношу с какой-то странной, почти отчаянной надеждой. – Ты дракон, я вообще живу тысячи жизней… Так почему бы мне самой за тобой не поухаживать? Какая разница, что я не мужчина?