— Не серчай, у меня с детства был озорной нрав, – царица мягко улыбнулась. – Но я вовсе не хотела тебя оскорблять. И, к слову, я удивлена, что царевич из Горных земель способен сам чинить свою одежду. Видимо, времена и впрямь изменились. Не помню, чтобы прежде встречала царственных драконов, искусно владеющих не только мечом, но и иглой.
— Я рос в Морских землях, а не в Горных, – напомнил Яр и покачал головой. Глаза его при этом немного поблёкли и стали печальными. – И царственным драконом меня никто не растил. Я и драконом-то не был, пока мать не сделала для меня кольцо. Я жил на уединённом острове, мать учила меня выживать. Я привычен к быту куда больше, чем любой из моих братьев или сестёр, с детства окружённых слугами.
— Что ж, выходит, тебе повезло больше, чем им, – Марья пожала плечами и, заметив удивлённых взгляд царевича, пояснила: – Ты знаешь жизнь лучше, чем они. Ты можешь понять простой народ. В Равнинном царстве во все времена считали, что окружённые няньками и слугами дети вырастают калеками. Сейчас я не шучу.
— Спасибо, – юноша кивнул и на минуту опустил голову, о чём-то задумавшись. А потом вдруг протянул Марье руку. – Если поделишься со мной магией снова, я поджарю тебе мясо.
— Точно, вы же огнедышащие, – охнула девушка и взяла царевича за руку, передавая ему энергию. – Я даже об этом не подумала.
— Ну, а как я, по-твоему, высушил свою одежду? – усмехнулся царевич.
Напитавшись чужой магией, Яр нанизал крупные куски мяса на меч и извлёк небольшой огненный поток из своих ладоней.
— Я дева-богатырка, Ваше Высочество, – Марья игриво подмигнула. – Так что ем много. Давай нанизаю пока на свой меч мясо для тебя.
— Не нужно, – царевич покачал головой. – Может, во мне и не так много от дракона, но всё же мясо я ем сырым.
— Очаровательно, – пробормотала девушка и поспешила сменить тему. – Послушай, когда я тебя тащила до дерева, чтобы залечить раны и привести в чувства, я едва не надорвалась. Хотя силушки мне не занимать, на то я и богатырка.
— Потому что в каком бы я ни был обличии, вешу я всё равно так же, как в истинном, а в истинном я дракон, – Яр вздохнул. – Обращаясь в человека, животное или что-то ещё, я просто сжимаю свою магическую ауру и придаю ей нужные формы. Но вес остаётся прежним. Как и у всех драконов.
— Да, но ты говоришь, что без кольца не можешь принять истинный облик, – напомнила Марья. – Потому что не хватает магии, чтобы поддерживать такую большую тушу.
— Да, чем больше тело, тем больше тратишь энергии, – царевич недовольно поморщился. – Нормальные существа рождаются с резервом пропорциональным истинному облику, а я родился бракованным. Нам обязательно снова это обсуждать? Это вообще-то больная тема.
— А когда я вливала в тебя магию, я поняла, что твой резерв такого размера, что, если я попробую его наполнить за раз, ты просто высосешь меня без остатка, – тем не менее, продолжила неугомонная царица. – И у меня закрался вопрос. А не врёшь ли ты мне о том, что родился почти без магии?
— Ну, мы с тобой уже вместе больше часа точно, мой резерв так и не пополнился, как ты можешь заметить, – обиженно фыркнул Яр, продолжая колдовать над мясом, которое уже начало румяниться, источая приятный аромат. – И я, значит, лжец?
— Тут ты прав, но всё равно это странно, – вздохнула девушка. – Может, на тебе проклятье?
— Проклятья оставляют след, а следов нет. Ещё глупые вопросы будут?
— Не обижайся, я пытаюсь понять, что с тобой не так.
— Не так всё, брак от рождения! – огрызнулся царевич, сверкнув в сторону девушки гневным взглядом. – Может, хватит уже?
— Извини, я неверно подобрала слова, – Марья дружески похлопала его по плечу. – Я правда не хотела обидеть.
Яр ничего не ответил, сосредоточившись на мясе. Всё-таки, какими бы могучими не были драконы, а нет в мире ничего более хрупкого, чем их самолюбие. Одно неверное слово – и всё, оскорблены до глубины души. Поразительно нелепые гордые ящерицы!
Когда мясо наконец приготовилось, Яр вместе с Марьей уложил еду в сумку. Один зажаренный кусочек царица съела сразу, а юноша, последовав её примеру, заглотил большой кусок сырого мяса. Смотреть на это было не то, чтобы противно, но и приятного было мало.