Драконы, стоявшие вдоль стен, вдруг стали издавать короткие громкие рыки и бить о каменный пол ногами и крыльями, будто высказывались в ответ на оглушительный рёв своего царя.
Аспид отошёл на шаг назад и снова зарычал на сына, клацая огромными зубами в нескольких сантиметрах от его лица. В стороны разлеталась вязкая слюна, а в глубине покрытого чёрной чешуёй горла загорелся рыжий огонь, словно царь готовился сжечь родного сына заживо. Яр поднял голову и посмотрел на отца нечитаемым взглядом.
— Переведёшь? – тихо спросила Марья у настоящего царевича. – Я не говорю на языке Горных земель. Да на нём никто, кроме драконов, не говорит.
— Нет, – Яр покачал головой. Сейчас выражение его лица было таким же непроницаемым, как и в воспоминании. – Здесь отец изгоняет меня. Остальное тебе знать не обязательно.
Чёрный царственный дракон снова что-то угрожающе заревел, ото всюду послышались одобрительные порыкивания остальных.
— Как прикажете, Ваше Величество, – человеческая гортань не способна была воспроизвести язык Гор, поэтому царевич из воспоминаний ответил отцу понятными Марье словами, а не рыком.
Бурый трёхглавый дракон Горан сделал несколько больших шагов вперёд, отчего задрожали стены, и низко утробно зарычал сразу в три свои пасти. Марья вздрогнула, решив, что Горан сейчас бросится на царя. Но, видимо, рык был только предупреждением.
Аспид резко развернулся к старшему сыну и заревел в его сторону так, что Марья едва не оглохла. Все три головы Горана что-то зарычали вразнобой, однако отступать явно намерены не были.
— Брат за тебя заступился? – спросила царица, но Яр в ответ только устало выдохнул.
— Давай отсюда уйдём? – попросил он.
— Уводи, – Марья пожала плечами. – Это твоё воспоминание.
В этот момент Аспид снова резко обернулся в сторону замершего посреди тронного зала Яра и грозно зарычал, продолжая разбрызгивать в стороны ядовитую слюну.
Царевич, не отводя глаз от отца, низко поклонился.
— Как вам будет угодно, Ваше Величество, – сказал юноша и воспоминание наконец оборвалось. То ли от того, что подошло к своему завершению, то ли Яру удалось-таки прервать его самостоятельно.
На этот раз они оказались в Морских землях. В саду рядом со дворцом маленькие златовласые мальчик и девочка в нарядах, расшитых орнаментом Равнины, играли с чёрным котёнком. Девочка вынула из косы светло-голубую ленту и раскачивала её в стороны, держась пальчиками за один край. Второй край старательно цеплял коготками котёнок. Светловолосый мальчик рядом радостно смеялся и хлопал в ладоши, на пару с девочкой приговаривая, какой котёнок хороший. Лиц у обоих детей не было, из-за чего выглядело всё немного жутковато.
Яр тихо выругался и прикрыл лицо ладонью, словно желал за ней спрятаться.
— Почему все мои воспоминания такие постыдные, Пустошь их забери! – пробормотал царевич.
— Ты здесь… котёнок? – медленно проговорила Марья, с удивлением разглядывая происходящее.
— Да, – юноша убрал от лица руку и поморщился от досады. – А эти дети… Я даже не знаю, кто они. И лиц их не помню.
Марья рвано выдохнула, глаза её полыхнули магическим светом. Царица подошла ближе к девочке и положила руку ей на плечо. В этот же момент у обоих детей появились лица – счастливые, голубоглазые и с россыпью светлых веснушек.
— Да, наверное, так они и выглядели, – Яр озадаченно нахмурился. – Как ты это сделала? Ты можешь восстанавливать детали воспоминаний?
— Только если это и мои воспоминания тоже, – Марья сощурила глаза и красноречиво посмотрела на царевича. – Это я, – она указала на девочку в синем сарафане. – А это Иван, которого мы с тобой идём спасать из плена Кадеса.
— О-о-ох, – простонал Яр, мигом краснея до самых кончиков ушей. – Да лучше бы меня отец в младенчестве сожрал…
— Почему ты не принял человеческий облик, если хотел познакомиться? – поразилась Марья. – Мы ведь правда с Иваном думали, что играем с котёнком!
— Я не хочу об этом говорить, – Яр быстро замотал головой и призывно протянул царице руку. – Никогда! Мы не будем это обсуждать. Пошли отсюда.