Рядом на стуле болтал крохотными ножками черноволосый мальчик и сосредоточенно сопел, пытаясь закрутить слабый огонёк из своей ладошки в кольцо. Огонёк загибался полукругом, но каждый раз истончался и гас.
На вид ребёнку было года два или три. Он хмурил чёрные бровки и, упрямо поджав губы, снова и снова выпускал из ладошки огонь. Это продолжалось ещё несколько минут. Наконец, царица Асмуд не выдержала и устало спросила:
— Что ты делаешь, дитя?
— Мама учит меня колдовать! – плохо выговаривая слова, пояснил мальчик. – Она сказала мне научиться делать огненное кольцо, но ничего не выходит, – он поднял на Морскую царицу растерянный взгляд. – Наверное, я что-то неправильно делаю. Вы можете мне помочь?
— Зачем? – женщина вопросительно вскинула русые брови. Лицо её при этом смягчилось и стало почти жалостливым. – Милое дитя, давай я тебе объясню. В этом нет смысла. У тебя ничего не получится. Ни кольцо, ни что-то ещё даже из самых элементарных вещей. У тебя слишком маленький магический резерв, понимаешь?
Ребёнок широко распахнул карие глазки, и нижняя губка его едва заметно задрожала, будто царевич вот-вот собирался расплакаться.
— Ну, что ты так смотришь? – вздохнула Асмуд. – Думаешь, я плохая, раз говорю тебе правду? Мама занимается с тобой из жалости, хотя сама прекрасно понимает, что это бесполезно. Ты никогда не сможешь нормально колдовать, ты даже истинную форму принять не можешь. Не жди от себя многого. Даже твой родной отец отказался от тебя, едва увидел. Тебе самому будет проще, если ты смиришься и примешь свои реальные возможности. Зачем обманывать себя и притворяться драконом? – она развела руки в стороны. – Ты слабый, как котёнок. Может, лучше тебе им и оставаться?
Мальчик низко опустил голову и уставился на свои ладошки, в которых больше не теплился огонь. По круглым щёчками блестящими змейками покатились слёзы.
— Она не права, – Марья рывком развернула к себе взрослого Яра, который наблюдал за своим детским воспоминанием с деланно равнодушным видом. – Поэтому ты обращаешься котом, когда не чувствуешь в себе силы? – девушка сама уже была готова заплакать. Одно дело смотреть на страдания взрослого царевича, но детских слёз Равнинная царица не могла вынести ни в одном из своих воплощений. – Потому что тётка сказала тебе, что это предел твоих возможностей?
— Она сказала, как есть, – Яр пожал плечами и отвернулся. – Когда я полностью истощаю резерв, мне даже человеческий облик удержать не под силу. Так что да, мой предел – слабый котёнок. Пожалуй, это и есть моё истинное обличие. На него мне всегда сил хватает.
— Даже не смей так говорить! – Марья с силой встряхнула его за плечи. – Ты не можешь позволять другим решать, кто ты!
— Пошли, – Яр схватил девушку под руку и уверенно потащил к выходу.
За дверью оказался высокий горный утёс. О скалы под ним с грохотом разбивались волны. Воздух пах дымом и морской солью, а тучи, налитые дождём, клубились в вышине зловещим чёрным дымом, готовые в любой момент разразиться бурей.
На утёсе стоял взрослый Яр, одетый в тёмные одежды, расшитые смесью морских и горных узоров. Услышав шаги Марьи и настоящего Яра за спиной, он обернулся и вперил в царевича искрящийся гневом и ненавистью взгляд чёрных глаз.
— Ты! – закричал злой двойник и, выхватив меч из ножен, бросился на царевича с явным намерением убить.
Яр инстинктивно оттолкнул Марью в сторону и тоже вынул свой меч, едва успев отразить сильный удар. Металл лязгнул о металл, и лицо двойника исказилось от ещё большей ярости.
— Никчёмное отребье! – закричал он, со всей силы обрушивая на царевича удар за ударом. Тот только и успевал поражённо уворачиваться и блокировать нападки мечом. – Слабак! Ты ни на что не годен! Даже не можешь постоять за себя!
— Это твой гнев! – сообразив, что к чему, подсказала Марья. – Твой гнев на самого себя!
Казалось, Яру эти объяснения мало чем помогли. Он всё ещё отражал удары, но сам в наступление переходить не спешил. А двойник распалялся всё больше, сыпля оскорблениями.