— Ну что ты, – улыбнулась Старуха, снова демонстрируя сгнившие чёрные зубы. – Не бойся, сам ведь пришёл, – она рванула вперёд, крепко схватила царевича за ногу и рванула на себя. Яр потерял равновесие и грохнулся на пол, больно ударившись головой о край лавки.
Хозяйка отставила горящий череп в сторону и стала ловко развязывать шнуровку на рубахе юноши. Тот изо всех сил попытался оттолкнуть старуху, но она его стараний будто и не заметила.
— Что вы делаете? – оттолкнувшись ногами от деревянного пола, царевич смог отползти в сторону, но Старуха тут же оседлала его и одной громадной сильной рукой перехватила сразу оба запястья Яра, прижав их к полу над головой юноши.
— Ну что ты? – другой рукой хозяйка избы уже стягивала с царевича штаны. – Али не люба я тебе? А ежели так? – она вдруг обратилась молодой черноволосой женщиной с красивым почти кукольным лицом. – Так я тебе по нраву? – даже голос её стал сладким и тягучим.
Яр потряс головой, силясь прогнать наваждение.
— Пустите меня! – крикнул он уже во весь голос, но ведьма лишь крепче сжала его запястья, словно собиралась сломать. А в том, что сил ей на это хватит, юноша уже не сомневался.
— Не дёргайся, – женщина рассмеялась, наклонилась вперёд, накрывая тело Яра своим, и вдруг вцепилась острыми зубами в его плечо, вырывая кусок мяса.
Царевич закричал от неожиданности. Марья наконец проснулась и резко вскочила на ноги, ударяясь головой о косой потолок.
— Сладок царевич, – похвалила ведьма и провела окровавленным языком по лицу юноши, оставляя длинный алый след. Царевич поморщился и предпринял очередную тщетную попытку сбросить с себя стражницу границы, но хватка женщины лишь стала ещё крепче.
Марья тихо выругалась, схватила свой меч и со всей силы рубанула, отсекая хозяйке избы голову. Тело женщины приняло прежний уродливый вид и обмякло, навалившись на Яра. Тяжело дыша, он сбросил с себя Старуху и отполз в сторону, будто опасался, что она, подобно мертвецам Кадеса, и без головы продолжит нападать.
Царица подняла за распущенные седые реденькие волосы голову, откатившуюся под лавку, и бросила в печь. Следом подняла мёртвое тело и запихнула туда же.
— Всё, всё закончилось, – избавившись от угрозы, Марья опустилась на корточки рядом с царевичем и стала заново шнуровать и завязывать его распахнутую светлую рубаху. – Ты в безопасности, всё хорошо, – ласково приговаривала девушка.
Яр вздрогнул, выходя из оцепенения, и поспешно натянул наполовину спущенные штаны.
— Что это было? – тихо спросил он, стремительно краснея.
— Старуха попросила плату за проход, так бывает, – Марья расправила рубаху и погладила юношу по здоровому плечу. – Во всех своих ипостасях она падка на прекрасных юношей. Девушек и стариков предпочитает морить работой. Остальных просто жрёт.
— Я этого не ожидал, – Яр неверяще покачал головой, а потом вдруг нахмурился и перевёл взгляд с полыхающего в печи тела на царицу. – Ты знала, что так будет?
— Да, – Марья виновато вздохнула. – Но я бы не дала ей тебе навредить. Не бойся. После еды мёртвых совсем не спать невозможно, но у меня сон чуткий. Я бы зарубила Старуху раньше, но нужно было дождаться момента, когда она будет уязвима. Как во время еды… Прости. Если бы был другой путь, я бы не потащила тебя сюда.
— Почему ты не предупредила меня?! – гневно вскричал царевич, отодвигаясь от Марьи подальше. Голова его всё ещё шла кругом, дыхание было тяжёлым, как после бега, а прокушенное плечо саднило и сочилось кровью.
— Не хотела пугать, – царица взяла флягу с водой и посмотрела на раненное плечо юноши. – Давай залечу и пойдём, пока Старуха не очухалась. Убить её невозможно, как и Дух Леса.
— Не надо, – Яр прикрыл саднящую рану рукой и отвернулся. – Воды осталось не так много, оставь для своего жениха, неизвестно, что с ним успел сделать за всё это время Кадес. Просто прижги мне плечо, чтоб не кровоточило. Перевяжем и пойдём. Рукой я двигать могу, меч удержу. Остальное не важно.
— Она не просто прокусила тебя, она вырвала зубами кусок плоти, – Марья неодобрительно покачала головой. – Рана может загноиться. Позволь мне тебя вылечить. На тебя воды хватит. С Иваном будем разбираться на месте.