Меня слушают, не перебивают. Незнакомец осторожно протянул свою руку и положил на мою, успокаивая. Я почувствовала тепло и дружеское участие.
Мы долго говорили. О том вечере остались приятные воспоминания. Мы очень много общались: они делились со мной своими впечатлениями от увиденного, а я старалась рассказать о том, что узнала за свою короткую жизнь.
Время после этой встречи запомнилось смутно, можно сказать, почти не запомнилось. Было очень уж быстрое, какое-то скомканное прощание, которое больше походило на бегство и почему-то почти не запомнилось, кроме прощальных двух слов. Мой незнакомец наклонился ко мне, поглядел в глаза и сказал, как будто поклялся: «Я вернусь». Повернулся и ушёл, растворился вместе со всеми, хлестнув напоследок острым отчаянием и тоской расставания.
Серджай
Это была она. Я понял сразу, как только увидел её. Когда увидел её в той жалкой закусочной, восхитился её красотой, а теперь не могу вспомнить, как она выглядит. Всей душой тянусь к ней. Рвусь обратно, но понимаю - нельзя. Когда мы сидели рядом, я почувствовал, что тот, кто преследовал нас в космосе, рядом. Нужно уходить, уводить преследователей за собой. Забрать её с собой значило бы задержку и предоставление следящим информации, которая не была для них предназначена.
Мы ушли, скрылись. Перед уходом я внушил ей, что она должна сейчас уйти домой и наутро вспомнить нашу встречу как сон, интересный, нереальный. Чтобы проснулась и улыбнулась, удивившись, как такое вообще могло прийти в голову, но не забывала и время от времени возвращалась к увиденному, другими словами, на подсознательном уровне должна отложиться информация о том, что встретить таких людей реально.
Вернувшись на корабль, я чувствовал безграничное отчаяние. Невероятно. Я уже любил её.
Если бы хотя бы ещё час был бы у нас. Я смог бы рассказать ей обо всём и, абсолютно уверен, смог бы убедить её улететь со мной! А теперь полная неизвестность! Я не знаю, успели ли мы вовремя уйти, или преследователи обнаружили девушку. Друзья молчали. Сар и Аль усадили меня в рубке на диван, сели по обеим сторонам, подошедший Кром расположился напротив нас и всем видом дал понять, что готов нас слушать. Я не мог пока говорить и показывать эмоции даже близким друзьям считал слабостью.
- Мы нашли её, - сообщил ему Сар.
- Почему её нет с вами? – Кром резко подался вперёд. – Что произошло?
Аль был краток: в нескольких словах описал произошедшее.
- Я вернусь за ней. Полечу завтра один, - сказал я, как отрезал.
- Нет. Возьми кого-то одного из нас, - Кром был непреклонен. Он встал, подошёл ко мне, положил руку мне на плечо в немой поддержке. – Мы сделаем всё, что нужно, положись на нас, ты не один.
Мне стало легче. Мы разошлись по каютам. Я не мог спать. Всё думал о предстоящем полёте и разговоре.
Наконец время пришло. Я взял с собой Сара, и мы полетели. Приземлились и вышли из челнока.
- Я пойду вперёд, держи меня в поле зрения, Сар.
- Не отходи далеко, сам понимаешь, незнакомая планета. Может всё, что угодно, случиться.
Я согласно кивнул и пошёл вперёд. Я приближался к тому знаковому столбу. Почему-то была твёрдая уверенность в том, что она, как и накануне, будет ждать меня на том же месте.
Оставалось совсем не много. Я мыслями был рядом с ней. Даже если её не будет на месте, я найду по той связующей ниточке, что установилась между нами. Немного отвлёкся и не заметил, как в меня летит, раскрываясь, сеть. Она моментально опутала и обездвижила меня.
Появившийся незнакомец прикоснулся ко мне левой рукой, одновременно с этим правой надавил на сектор на своём браслете - и пространство перед нами разорвалось. Я сумел повернуться, заметил Сара, подбегавшего мне на помощь, и почувствовал, как меня перемещают.
Во время перемещения сознание моё не отключалось. Обездвиженный сетью, я лежал на полу космического корабля. Конечно, знакомого мне. Я знал строение его, как и любого космолёта каждой планеты нашей Империи. Я оказался в плену у саросов. В голове сразу появились предположения, отвергнутые мной все, кроме одного объективного: саросы как-то узнали о моих последних разработках, и сейчас будет разговор о них. С одной стороны, можно выдохнуть, потому что их не интересовала моя единственная, с другой – можно было начать беспокоиться из-за предстоящего разговора. Я настроился и попробовал прочитать того, кто стоял ко мне ближе. Саросы не могли защищаться от нас, как бы ни старались. Мы легко считывали их.