На удобной открытой террасе, окружённой кустами благоухающих растений, сидели четыре женщины – матери молодых сартов, отправившихся за землянкой для Серджа: Элиения (мать Крома), Илония (мать Алькура), Олиания (мать Сарития) и Смолия (мать Серджая). Женщины скорее полулежали, чем сидели. У каждой был удобный диванчик с кучей мягких подушек. В позах женщин угадывалось лёгкое напряжение. Они собрались сегодня в доме Смолии. Дети возвращались. Сердж нашёл свою невесту. С недавних пор появилась видеосвязь. Родители Серджа видели на мониторе счастливое лицо своего любимого сына., правда, изображенгие было нечётким, с помехами. Поэтому лицо сына скорее угадывалось. Всё равно они были рады за него. Но их беспокоило то, что сын категорически не знакомил их со своей уже женой. Да, изображение было расплывчатым, о чём сыну было сказано, но хотя бы послушать голос его избранницы. Родители волновались. Смолия обратилась к подругам:
- У вас нет никаких предположений, почему он так поступает?
Женщины пожали плечами. Они не могли объяснить причину столь странного поведения Серджа.
Женщины были примерно одного возраста. Если бы их поставить рядом с сыновьями, то можно было смело назвать их братьями и сёстрами, так молодо выглядели женщины. Они все были ухоженными. У каждой были длинные волосы, блестящие и густые, уложенные в замысловатые причёски. Черты лица у каждой были тонкими, изящными. Фигуры были стройными, ручки и ножки – маленькими. Одежда на них была стильная, модная, элегантная, из дорогих материалов. Каждая из четырёх была женственна и по-своему эффектна. За годы дружбы они стали друг другу почти сёстрами.
Собравшись сейчас, они хотели помочь Смолии разгадать загадкуда просто поддержать подругу. Никто из них не хотел даже предположить, что невеста была неумна или некрасива – Сердж не смог бы полюбить глупую и уродливую.
- А ваши сыновья что обо всём этом говорят? - Смолия подалась вперёд, с интересом ожидая ответов.
- Мой странно улыбается и молчит, - с обидой и даже злостью пожаловалась Элиения. – Но мы с отцом заметили, что он изменился. Нам кажется, что с ними со всеми что-то случилось, о чём они не хотят говорить.Что именно, мы даже не предполагаем, и он ничего не говорит, даже намёка не даёт. А мы страдаем.
- Что бы это могло быть? – присоединилась к разговору заинтригованная Олиания.
- А что говорит Правитель Кротарий? – обратилась к Смолии Илония. – Ты говорила, что он разговаривал один на один с Серджем.
- Ничего не говорит, - ответила Смолия, пожав плечами. – Девочки, я так боюсь того, что мой сын сделал неверный важный шаг в своей жизни. Он ведь даже не посоветовался с нами, когда нашёл её. Мы вдруг стали ему не нужны, - она печально вздохнула. - Боюсь говорить, но мне кажется, это она его настраивает против нас.
- Да что ты такое говоришь, дорогая, - начала успокаивать её Элиения. – Да девочка, наверное, больше всего трясётся сейчас и не знает, где найти храбрости, чтобы предстать перед тобой и Каларием. Вспомним все себя, ведь шли знакомиться и так переживали, что были неловкими и зажатыми. Да ещё и глупости всякие говорили. Тяжёлое событие для каждой невесты.
- Да, дорогая, успокойся, осталось ждать совсем немного, и ты познакомишься. Главное, не навреди своей будущей дочери.
Смолия нахмурила своё прекрасное лицо.
- И не хмурься, дорогая, не порти лицо. Я уверена, у вас всё будет хорошо, - поддержала Элиению Илония.
Они переключились на другие темы, и разговор стал лёгким и непринуждённым. Каждая из трёх подруг Смолии в душе радовалась, что такая ситуация приключилась не с её сыночком, потому что они уже приглядели для своих отпрысков достойных невест, совершенно не думая, что для них, сынов, важно найти свою единственную, чтобы жить полной, осмысленной, а значит, счастливой жизнью.
На космолёте сартов
На третьи земные сутки после воссоединения с мужьями Кира решилась рассказать им о детях. Она купалась в любви, внимании и заботе своих мужей. Вспоминала момент, когда впервые их увидела там, на Земле. В памяти остались их суровые, холодные лица, осторожность, с которой они разговаривали с ней.
Сейчас сарты были совсем другими. Они улыбались, голоса их смягчились. Даже когда они разговаривали по видеосвязи со своими родителями, не скрывали своих светящихся от радости глаз. Кира попросила, чтобы они пока не рассказывали о том, что она оказалась единственной для всех четверых. Кира не смогла объяснить причину, но интуиция просила её скрыть пока от родителей этот факт, думая, что лучше встретиться и всё объяснить. На самом деле, ей всё ещё было не по себе от того, что её представления о семье деформировались, что в душе она не до конца приняла сложившуюся ситуацию. Вместе с тем понимала, что привыкать и принимать надо, потому что по-другому - никак.