Так летели они, готовясь к встрече с родителями, которых давно не видели. Мало-помалу они вернулись к обсуждению технических вопросов, связанных с их разработками, но жена была на первом месте. Сарты установили своеобразное дежурство: они боялись оставить Киру хотя бы на мгновение. И Кира нисколько не тяготилась их вниманием. Наоборот, ей нравилось, что наконец не стало одиночества, которого она боялась. Мужья, оставаясь с ней наедине, раскрывались с самой неожиданной стороны. Они рассказывали Кире о своих хобби, о родственниках, о планете, об Империи, о семье Императора, о его жене – землянке, с которой Кира, скорее всего, подружится. И девушка принимала всё, что они ей давали. Мужья, оставаясь с ней один на один, часто занимались с ней любовью, заботясь о ней, стараясь не навредить. Кира с восхищением и некоторым опасением смотрела на свою жизнь. И тут же говорила себе, что не хотела бы ничего анализировать, делать выводы, предостерегать себя от чего-то. Она просто впервые в жизни была сама собой и наслаждалась семейным счастьем.
Вскоре мужья сообщили ей, что они приближаются к планете, и через восемь часов (земных, конечно, они всё переводили на земной вариант, чтобы Кире было понятно) они будут уже на планете. Кира закивала головой, сделав обрадованное лицо, но Кром, подойдя к ней, поднял за подбородок её лицо и успокоил:
- Мы все тебя понимаем, Кирёнок, не играй, веди себя так, как считаешь нужным, а мы тебя поддержим в любой ситуации.
Кира повернула голову и поцеловала его руку.
На Сарте. Встреча с родными
Космолёт совершил посадку в королевском космопорте. Мужья пересели в катер, посадили между собой Киру и полетели к Серджу домой.
Воздушное судёнышко остановилось перед прекрасным большим домом, который больше походил на замок. Он стоял на возвышенности и был окружён деревьями, которых Кира никогда, она ручалась, не видела. Раскидистые кроны создавали густую тень, которая падала на парадную часть здания, создавая прохладу на широкой лестнице из серого камня. Затейливые дорожки убегали в глубь примыкавшего к дому старого ухоженного парка. Окна были вытянутой формы, первый этаж изобиловал интересными витражами. Кира подняла голову: дом был четырёхэтажным.
- Сердж, у тебя такая большая семья? – нервно спросила она.
- Нет, обычная, нас трое. Кирочка, у нас все живут в больших домах, это норма, - стал успокаивать он девушку.
Тут двери отворились, и слуга молча склонил голову, приглашая их войти, что они и сделали.
Зайдя внутрь, они оказались в светлом холле, уставленном изумительными вазами причудливых форм. В каждой вазе стояли нежные, пастельных тонов благоухающие цветы. Сердж взял Киру за руку и потянул вправо со словами:
- Мы идём в гостиную.
Он был обескуражен: обычно родители встречали его на ступенях парадной лестницы у входа, но Кире он этого не сказал.
Впятером они прошли в огромную комнату, оформленную со вкусом изящной мебелью и тонким ненавязчивым декором.
В центре комнаты в удобных креслах сидели все родители её мужей и молча смотрели на неё. Так показалось Кире. Она собиралась сегодня особенно тщательно: уложила красиво волосы, надела вышитое серебряной нитью платье, которое элегантно облегало её идеальную фигуру. На ней не было украшений, кроме серёжек, которые ей подарил Каверий. Она надела их, потому что других украшений у неё пока не было. Да и не нужны они были: красота и молодость были лучшими украшениями девушки. Она стояла чуть позади Серджа, держась за его руку.
- Здравствуй, мама, здравствуй, папа, здравствуйте все, - обратился он к сидящим. Они чуть слышно ответили и опять бесцеремонно стали смотреть на Киру.
- Мама и папа, познакомьтесь с Кирой, - и он, повернувшись, обнял девушку.
- Как вы долетели? – обратилась Смолия к сыну, игнорируя Киру, как будто бы её совсем не было здесь.
- Мы (Сердж сделал акцент на «мы») долетели замечательно, и все вместе сразу прилетели к вам познакомиться, - он сделал ещё одну попытку.
Смолия в это время повернула свою аристократическую голову к мужу и произнесла:
- Посмотри, дорогой, как похудел наш сын. Должно быть, он не так хорошо слетал, как хочет сейчас сказать. По чьей-то вине он даже был похищен, - она видела недовольное ею лицо мужа, но остановиться не могла, — вот так в муках рождаешь сына, растишь, воспитываешь, а потом является из ниоткуда …девушка и переворачивает его жизнь, подвергает его опасности.