— Держитесь! — выкрикнул я прямо в побелевшее лицо Мак-Грата, краешком сознания сожалея о тех, кто находился внизу и не мог приготовиться к тому, что вот-вот наступит.
Затем волна-монстр накрыла нас. Сначала бак стал подниматься все выше и выше, пока все судно не оказалось карабкающимся по склону крутой горы. Выше форштевня нависавший гребень начал рассыпаться и падать на нас. На какие-то мгновенья гребной винт держал нас на неимоверно крутом склоне, бился в воде как лапы испуганного животного, пока не ослабла его хватка.
Судно содрогнулось всем корпусом и начало скатываться кормой вниз. В моей голове промелькнула картина погружения в воду и неминуемой гибели. Но как раз в тот момент, когда казалось, что все кончено и судно проиграло свою попытку оседлать волну, ее вершина прошла под носом судна, который вынырнул, стряхивая с себя тонны клокочущей воды.
В течение страшного мгновения оно балансировало на вершине волны со свисающими оконечностями, и каждая заклепка корпуса вопила от нестерпимого напряжения, грозя разорваться.
Затем волна прошла середину судна и нос понесся вниз, зарываясь в подошву следующей, почти такой же высокой волны. Корпус судна содрогался под тяжестью сотен тонн воды, затопивших бак и носовую часть главной палубы.
Надвигавшийся гребень волны ударил по средней надстройке с силой кузнечного молота, вдребезги разбивая усиленные стекла одного из лобовых иллюминаторов и затапливая рулевую рубку.
"Такого оно не перенесет", подумал я, удивляясь тому, что еще способен думать перед лицом такой ужасающей ярости.
Но каким-то удивительным образом судно продолжало оставаться на плаву.
Медленно — казалось, это продолжалось целую вечность — нос судна стал подниматься, сбрасывая с себя тонны воды, стремившейся погрузить его глубже. Я неосознанно тянул на себя поручень, как бы помогая судну подняться. Рулевой чудом удержался у штурвала. Он стоял по колено в воде, без головного убора, склонив голову, чтобы защитить глаза от воды и ветра, проникавших через разбитое стекло. Судно слушалось руля и начало взбираться на следующую волну. Еще раз носовая палуба исчезла под яростным валом, затопившим крышки трюмов, лебедки и другие палубные механизмы. Мне чудилось, с относительно безопасной высоты рулевой рубки, что средняя надстройка была вершиной подводного рифа, побиваемого бешенными волнами.
"Ориентал Венчур" продолжал бороться, поднимаясь медленно, пошатываясь как боксер после града ошеломляющих ударов, и встречал очередную волну с возрастающей, как мне казалось, уверенностью, как если бы он чувствовал, что в силах противостоять стихии, бросившейся на него.
После прохождения гигантской волны море вроде чуть подуспокоилось. Волны, все еще огромные, стали более упорядоченными, и пароход преодолевал их с меньшим напряжением, хотя качка оставалась дикой и корпус стонал от ударов. Я глянул на Мак-Грата, который, крепко держась за поручень, смотрел на апокалиптическую картину вокруг него. Я заметил, что он весь промок и дрожит, и крикнул изо всех сил, чтобы превозмочь вой и визг ветра:
— Бегом вниз, третий, переоденьтесь и возьмите дождевик. Да побыстрее!
Мак-Грат переждал очередной крен и проворно юркнул в дверь.
Назад он вернулся вместе со старпомом, который нес банное полотенце и мой дождевик. Лотер был в плаще, головной убор отсутствовал, мокрые волосы прилипли к скальпу, из ссадины над правым глазом сочилась кровь.
— Что-то вроде погрома там, — крикнул он, махнув рукой в направлении трапа. — На верхних палубах то же самое, унесло обе шлюпки правого борта и кое-что из палубного инвентаря. Трюмные закрытия, похоже, пока держатся, но я бы не рискнул посылать кого-то для проверки.
Я кивнул, отцепил одну руку от поручня, взял полотенце и вытер себя, насколько было возможно. Затем взял дождевик и надел его.
— Как ведет себя команда? Есть пострадавшие? — прокричал я.
— Несколько ссадин и царапин, но ничего серьезного, слава богу. Я собрал всех, кроме несущих вахту в машине, и разместил их в кают-компании и рабочей столовой механиков, — ответил Лотер.
Я снова кивнул, признательный ему за предусмотрительность, и уставился в разбитый иллюминатор, стараясь держаться чуть в стороне, чтобы защитить глаза от набегавшего ливня, смешанного с морской водой.