На ней было обтягивающее длинное до лодыжек зеленое платье, которое гармонировало с зелеными глазами и с золотистыми волосами и которое почти не скрывало под собой ее гибкое стройное тело. Однако скромный вырез платья был достаточно высок, чтобы отвратить изголодавшихся моряков от чрезмерного внимания к своей груди. Она равнодушно улыбнулась на мое явно заметное восхищение, как будто в очередной раз выступала на сцене. Чем, в сущности, это и являлось. Я был просто еще одним из публики, которую надо развлечь, покорить и затем забыть. Между наманикюренными пальцами правой руки она держала тонкую сигарету "Собрани-Коктейль". Осторожно поднеся ее к губам, стараясь не смазать красную помаду, она деликатно вдохнула и выпустила дым через свои элегантные ноздри.
— Добрый вечер, капитан Роуден, — произнесла она, оставаясь сидеть, но благосклонно протянув мне руку.
— Добрый вечер, леди Эшворт, —— ответил я и осторожно взял этот хрупкий объект, стараясь не оцарапать его своими мозолистыми пальцами.
Я задержал ее руку несколько дольше положенного. Зеленые глаза всмотрелись в меня внимательно, и легкая улыбка заиграла на пунцовых губах.
— Кажется, вы чувствуете себя в этом смокинге лучше, чем я ожидала, — сказала она, пристально глядя мне прямо в глаза. — Он вам идет.
По правде говоря, я чувствовал бы себя лучше в потрепанном рабочем комбинезоне, чем в непривычном смокинге. Он был сшит из легкого кашемира кремового цвета, но был несколько тесен, так что тонкая ткань обтягивала мои бицепсы и грудь.
Некоторое время в ее изумрудного цвета глазах вспыхивали огоньки, затем она потянула на себя руку.
— Я бы хотела забрать свою руку прежде, чем сомнутся пальцы. И, возможно, вы представите мне другого джентльмена?
Я с удивлением обнаружил, что все еще держу ее руку, и отпустил, надеясь, что не выгляжу слишком уж глупо:
— Разрешите представить вам майора Спенсера.
— Ваш покорный слуга, мэм, — поклонился Спенсер, взяв освободившуюся руку и поднеся ее к своим губам. Несмотря на вечерний час, он предпочел остаться в армейской форме цвета хаки. Но она была аккуратно выглажена, и с короткой прической фасона "милитари" и ухоженными усами он выглядел настоящим бравым солдатом.
Неожиданно раздался звонкий смех:
— Как галантно, майор. Приятно видеть, что в британской армии сохранились кое-какие традиции.
— В австралийской армии, леди Эшворт, — ответил, выпрямившись, Спенсер. — Мы в Новой Гвинее не часто имеем удовольствие бывать в женском обществе, так что прошу простить, если мои манеры слегка заржавели.
— О! Новая Гвинея! Охотники за головами, каннибалы, как романтично, — раскатистое "Р" и протяжное "О" выдавали ее русское происхождение. — Вы непременно должны будете рассказать мне о тех интересных вещах, которые вы там видели. — Она деликатно потушила сигарету о пепельницу и, стряхнув частичку пепла с ярко-красного полированного ногтя, поднялась с легким шуршанием зеленого шелка. — Пора, проводите меня.
Спустившись по трапу, она задержалась и жестом предложила мне взять ее под руку. Затем, сопровождаемая сзади майором Спенсером, она вступила в кают-компанию, обведя присутствующих высокомерным взглядом.
— Леди и джентльмены! — произнес я своим лучшим командным голосом. — Позвольте представить вам леди Хелену Эшворт.
Я повел ее вокруг стола и стал представлять гостей, пользуясь помощью в виде именных карт, которые старший стюард разложил на столе напротив кресел.
— Мистер и миссис Вильсоны, — представил я банкира, тучного, лысеющего человека в смокинге со стоячим воротником и галстуком-бабочкой. Его жена — плотная и невзрачная, с прямыми мышиного цвета волосами, затянутыми сзади в тугой узел — была одета в старомодное коричневое платье, длиной до середины икры, с двухслойным подолом и оборками на вырезе. — Мистер Вильсон является начальником канцелярии Гонконгского и Шанхайского банка.
Мистер Вильсон поклонился, а его жена сделала книксен, уныло выражая вышедшее из моды почтение среднего класса перед представителем хоть и младшей, но аристократии. Леди Эшворт пожала им руки и беззаботно приветствовала их:
— Мистер и миссис Вильсоны, как вы поживаете? Гонконгский и Шанхайский банк —такое великолепное здание, не правда ли? Прямо в центре набережной Бунд.
Я повел ее к следующей паре, прежде чем Вильсоны смогли что-то ответить.