Это было тесное, напоминающее металлический ящик помещение. Рядом с широкой, наглухо запертой дверью в дальней стенке чернела небольшая коробка переговорного устройства. Тут же располагался пульт управления, подойдя к которому Сэм нажал кнопку «ОТКР.». Ничего не произошло. Дверь осталась закрытой.
Сэм стал нажимать все кнопки подряд, однако управление по-прежнему бездействовало. Тогда он повернулся к телефону и, пробежав глазами список номеров, набрал 211 — номер рубки управления. В трубке щелкнуло, и экран засветился.
— Эй! Есть кто-нибудь? С вами говорят из шлюза!
На экране был виден акселератор, за ним — пустое кресло, а дальше — уже мутно — стеллажи с приборами. Людей не было.
Набрав номер машинного отделения, Сэм вновь поговорил с пустотой.
Такими же безлюдными оказались и остальные помещения корабля. В ответ на свои настойчивые вызовы Сэм слышал лишь эхо собственного голоса и все более убеждался в том, что их пациент был единственным человеком, прилетевшим на этом корабле…
Спускаясь по лестнице, Сэм отметил, что количество стоявших поодаль автомобилей увеличилось. И тут же до него донесся многократно усиленный динамиком голос вышедшего вперед полицейского:
— Доктор Бертолли? Вас вызывает госпиталь! Вас вызывает госпиталь! Сейчас вам доставят аппарат!
Сэм помахал рукой, показывая, что все слышал и понял — а потом, ступив на землю и сняв с плеча тяжелую сумку, зашагал к телефону, поблескивающему на полпути между кораблем и полицейским.
— Ну, что наш больной? — вернувшись, спросил он у Ниты.
— Не танцует и, кажется, не рвется… Очень слабый пульс. Температура без изменений. Может, ввести что-то жаропонижающее? Или антибиотики?
— Подождите, Нита: я должен переговорить с госпиталем.
На маленьком экране, разделенном вертикальной полоской на две равные части, появились незнакомый седой мужчина внушительного вида и перепуганный Мак-Кей, глава отдела тропической медицины — тот самый Мак-Кей, под руководством которого была в свое время разработана методика лечения пахиакрии Тофольма.
— Доктор Бертолли, мы уже слышали о человеке с корабля, — с ходу начал Мак-Кей. — А это профессор Чейбл из Всемирного центра здоровья. Будьте добры, покажите нам своего пациента.
— Разумеется, сэр. — Сэм развернул аппарат таким образом, чтобы лежавший без сознания астронавт, а также показания регистрирующего устройства попали в объектив передающей камеры. Спустя некоторое время он продемонстрировал и записку больного.
— Вы убеждены в том, что на корабле никого больше нет? — спросил Чейбл.
— Не совсем — ведь мне не удалось попасть внутрь… Но обзвонив все, что было можно, я не обнаружил там никого — ни живого, ни мертвого.
— Вы не смогли открыть дверь?
— Не смог, сэр. По всей видимости, отключено управление.
— Понятно, — кивнул Чейбл. — Оно ведь работало, когда этот человек выходил? Значит, он сам и отключил его. А потом, на всякий случай, предупредил нас об опасности еще и запиской… Полагаю, что у нас предостаточно оснований немедленно подвергнуть корабль карантину, загерметизировав его и обеспечив внешнюю стерилизацию. Никто не приблизится к нему, пока не будет выяснено, что это за болезнь.
— Отвезите больного в госпиталь, — продолжил МакКей. — Все, кто находился в палате строгого карантина, уже переведены в другие места.
— Не дать ли ему сейчас каких-то лекарств, сэр?
— Лекарств? Пожалуй… Даже если эта инфекция — что-то неведомое, способы ее воздействия на организм не бесчисленны… Смело угощайте его аспирином и такими антибиотиками, как…
— Мегациллин?
— Вот-вот.
— Хорошо, сэр. Мы выезжаем через несколько минут…
Экранное изображение еще не успело исчезнуть, а Нита уже приготовила все необходимое для инъекций, которые тут же и были сделаны.
Задним ходом подъехал Келлер, и, пока Сэм возился с каталкой, в небе появились вертолеты. Очевидно, они были подняты в воздух еще до телефонного разговора и теперь, когда поступило соответствующее распоряжение, лишь приблизились.
Два вертолета, медленно покружив, скрылись за корпусом корабля. Спустя мгновение оттуда донесся странный рев и повалили густые клубы черного дыма.
— Что это? — вскрикнула Нита.
— Огнеметы. Чтобы инфекция не распространилась, должен быть обработан каждый дюйм корпуса корабля и окружающего грунта.
…Повернувшись назад, чтобы закрыть дверцу, Сэм увидел скворца, волочившего по земле крыло. Бедолагу, вероятно, чем-то ранило… Неподалеку, с разинутым клювом неподвижно замерев на боку, лежала еще одна птица.