Двери лифта разъехались, и он шагнул в кабину.
— Сэм?! Ты чего такой взмокший? — закричал подоспевший Кон Рассел.
— Уж тебе-то следует знать, Кон… Вместе, как-никак, ездили…
— Я потерял тебя, как только мы добрались до этого моста! Ну и ночка была!.. С тобой все в порядке? Ничего не случилось?
Двери сомкнулись, и Рассел, нажав клавишу «23», — он жил как раз над комнатой Сэма — приготовился слушать.
— Много чего случилось. Одно из событий — болезнь Ренда у Ниты… Ниты Мендель.
— Черт побери! Да что ты! Эта рыженькая, которая была с тобой у «Перикла»?
— Да, она самая… Все гибнет, и конца этому не видно… Послушай, Кон, у тебя есть суритал? Хочу поспать хотя бы несколько часов.
— Конечно есть! Только в комнате. Подожди — у тебя ж сумка!
— Пустая. А в аптеку тащиться не хочется…
Пока Рассел рылся в своей сумке, Сэм, закрыв дверь и прислонившись к ней, отдыхал.
— А ты уверен, что нельзя обойтись ноктеком или чем-то вроде? — спросил Кон, подойдя к нему.
— Уверен, — сказал Сэм, беря шприц. — Только суритал. Несколько кубиков чудесного снадобья — и ты спишь как младенец…
— Здесь больше шести. Хватит на сутки, — предупредил Рассел, вновь направляясь к шкафу.
Игла, проткнув рубашку, вонзилась в его руку. Сэм выдавил все, что было в шприце.
— Извини, Кон, — пробормотал он, с трудом удерживая все более вяло вырывающегося приятеля. — Я не хочу, чтоб тебя считали моим сообщником. Да и выспишься заодно…
Подтащив обмякшего Рассела к кровати и уложив его, Сэм запер дверь на ключ.
Хорошо, что они примерно одного роста и комплекции — одежда должна подойти…
Он разделся и быстро облачился в синий костюм.
Дождь за окном все лил, и Сэм бросил в сумку аккуратно свернутый плащ.
Оставалось незаметно выбраться наружу… Только вот как?..
Полицейский был опрокинут минут двадцать назад — и охрана главного входа наверняка уже в состоянии повышенной боевой готовности. Ну а множество служебных входов — кухонный, например? Как с ними? Обычно никто их не охранял и не запирал — но вдруг об этом уже позаботились? Или все же осталась какая-то незамеченная лазейка? А что, если…
Теперь Сэм знал, куда идти, и знал, что выйдет отсюда, если только не наткнется на кого-то из уже оповещенных коллег… Страхуясь от такой возможности, он пробежал через новое, еще не открывшееся рентгеновское отделение и, спустившись по лестнице, оказался в одном из старых корпусов.
Холл второго этажа был пуст. Надев плащ, Сэм открыл окно — то самое, через которое несколько недель назад к ним забрались мальчишки…
Никто не заметил, как с ветвистого дерева, стоявшего у самой стены, на землю спрыгнул человек.
…Итак, улизнул… Что дальше?.. Все мысли, вертевшиеся в голове Сэма до сих пор, были так или иначе связаны с бегством. Настало время задуматься о другом… Ради чего он бежал? Ради того, чтобы проникнуть на «Перикл», — как бы ни старались ему в этом помешать… Кое-кто, правда, может и помочь. Генерал Бэк, например…
Неизвестно, что было сильней, — дождь или ветер. Сэм был благодарен: на улицах ни души.
Он бежал по Тридцать четвертой улице с таким видом, будто гонит его исключительно непогода…
Бар — стеклянная дверь стремительно распахнулась — был из тех недавно появившихся баров-автоматов, что работали круглосуточно, даже в отсутствие — как сейчас — посетителей.
Сэм сразу направился в глубь зала, к телефонной будке.
— Доброе утро, сэр! Сыровато сегодня, не так ли? — приветливо прогудел робот, с виду — розовощекий и лысый бармен. Как показали опросы, клиенты, особенно изрядно захмелевшие, предпочитали безликим машинам хотя бы имитацию человека.
— Двойное виски, шотландское, — задержавшись у стойки, сказал Сэм. Сейчас, когда опасность отступила, — навалилась страшная усталость. Алкоголь должен встряхнуть его…
— Вот ваше виски, сэр.
Бокал был наполнен от души, но не слишком — роботы никогда не переливали.
— Сдачу — телефонными жетонами… — Сэм протянул банкноту.
— Вот сдача жетонами, сэр. Клиент всегда прав.
Допив виски, Сэм отправился звонить. Где, сказал Бэк, располагается этот его штаб? В Форт-Джее? Это Бронкс? Да нет же! Гавернорс! Разумеется, Гавернорс! Совсем голова не работает…