— Гизо, мне нужно…
— Красный! — крикнул Отакар.
Ян бросился к приборной панели и нагнулся над Отакаром. Среди рядов зеленых лампочек светилась красная. Потом появилась еще одна, еще…
— Тормозные барабаны греются на седьмом и восьмом. С чего бы это, черт побери? Ведь тормоза все выключены, — сердито бормотал про себя Ян. До сих пор все шло слишком хорошо. Он протянул руку и нажал клавишу цифровой информации. На экране появились данные. — Больше двадцати градусов лишку на обоих вагонах, и еще поднимается!..
Он быстро думал. Остановиться и искать причину? Нет. Придется останавливать всю колонну, а потом разгонять поезда снова — это не годится. До предгорья еще не меньше трехсот километров по пустыне, а здесь тормоза вообще не нужны.
— Отключи тормозные цепи на этих вагонах. Посмотрим, что получится.
Отакар нажал выключатели, не дожидаясь, пока Ян договорит. Теперь тормоза на этих вагонах вообще работать не будут, колодки должны разойтись в крайнее выключенное положение. Так и вышло. Температура тормозных барабанов поползла вниз, красные лампочки одна за другой погасли.
— Держи управление, — сказал Ян. — Я попробую разобраться, что там за чертовщина. — Он прошел назад и откинул крышку люка, ведущего вниз, в машинное отделение. — Эйно, — крикнул он в отверстие, — дай мне наверх чертежи и описания вагонных тормозных систем! У нас тут проблемы возникли.
С тормозными системами Ян работал, как и со всеми механизмами, но ему ни разу не доводилось разбирать их и ремонтировать. Как и все остальное на Халвмерке, они были сконструированы с расчетом на то, что будут работать вечно. Или почти вечно. Прочность конструкций насущно необходима на планете, удаленной от базы снабжения на световые годы. Все детали отличались простотой и надежностью. Смазка автоматическая. Сконструировано все было так, чтобы при нормальной эксплуатации могло работать безотказно; и действительно, отказов почти не бывало.
— Тебе это нужно?
Эйно высунул голову из люка, словно зверек из норки. В руках он держал чертежи и технические описания.
— Раскатай на столе, посмотрим, — попросил Ян.
Чертежи были подробны и точны. На вагонах установлены две тормозные системы, раздельные и принципиально разные. Нормальное торможение включается и выключается электроникой компьютера. Когда водитель нажимает тормозную педаль, одновременно включаются все тормоза на всех вагонах с тем же усилием, что и на тягаче. Сами тормоза гидравлические; давление идет от резервуара, наполняемого насосом с приводом от оси вагона. В нормальном, расторможенном состоянии колодки удерживаются сильными пружинами. При необходимости электроника открывает клапаны, и жидкость под давлением поступает в тормозные цилиндры. Это система «альфа», нормального торможения. «Бета» — система аварийного торможения — существует только для случаев чрезвычайных. Здесь совершенно отдельные тормоза зажимаются пружинами, пока не окажутся включены особые электрические цепи. Едва это произойдет — мощные электромагниты растягивают тормозные колодки. Но любой разрыв в электрических цепях — такой, как случайное расцепление вагонов, — отключает электромагниты, освобождает пружины и автоматически включает аварийное торможение.
— Ян, два других поезда просят совета, — сказал Гизо. — Похоже, у них то же самое. Тормоза греются.
— Скажи им, пусть сделают то же, что и мы. Пусть обесточат альфа-системы. Я с ними свяжусь, как только разберусь в чем дело. — Он водил по чертежу пальцем. — Это должна быть альфа-система. Аварийные или полностью выключены, или полностью включены, а это мы бы сразу заметили.
— Электроника или гидравлика?
— Я как-то чувствую, что электроника здесь ни при чем. Все эти цепи отслеживает компьютер. Если бы откуда-то появился случайный сигнал торможения, компьютер его не пропустил бы. А уж если бы не смог этот сигнал отрезать — во всяком случае, дал бы знать о нем. Давай проверим сначала гидравлику. Значит, так. Давление в тормозные цилиндры поступает отсюда. А сюда оно может попасть только тогда, когда клапан чуть-чуть приоткрыт…
— Или что-нибудь не дает ему закрыться полностью.
— Эйно, ты мои мысли читаешь. А не дает ему закрыться самая обыкновенная грязь. Вот этот фильтр надо промывать после каждого перехода. Работа противная, грязная, под вагонами лазить надо. В последний раз я это поручал некоему Децио. А работничек он был такой, что в конце концов я его прогнал обратно на ферму. Когда остановимся — вытащим один такой фильтр и глянем на него.