— Немедленно возвращайся! — заверещало вдруг радио и тут же затихло. Никаких объяснений. Он отстегнул страховочный линь и поплыл назад, в сторону воздушного шлюза.
Тот был закрыт. Заперт. Задраен.
Ян постигал этот невероятный факт, пытаясь добиться ответа по радио. Он увидел…
Впереди по носу дрейфовал другой дальнепространственник. В резком свете солнца на его боку был ясно виден голубой шар на белом фоне.
Флаг Земли.
Долгие секунды Ян так и висел, удары сердца тяжело отдавались в ушах, он пытался понять, что же произошло.
Стало видно, как на этом корабле открывается наружный люк.
Ну конечно! Земные Силы не хотят сдаваться так легко. Они были поблизости, они следили. О дождались, пока будет составлен караван с пищей, земле продовольствие нужно не меньше, чем восставшим планетам, чтобы вынудить голодающего противника сдаться. Этому не бывать!
Гнев вспыхнул сразу же, как только первая из фигур в скафандре появилась из люка. Он протянул руку к ящику с инструментами, вытащил самую крупную дрель и включил ее на нужную мощность. Она с визгом ожила, и противовес тоже завертелся, нейтрализуя воздействие на тело. Ян выставил перед собой это импровизированное оружие, готовый встретить приближающегося космонавта.
Внезапность — его преимущество, к тому же в тени корабля он не был виден. Человек обернулся, но было уже поздно. Ян вонзил воющую сталь ему в бок, вцепился в него, чтобы он не смог отлететь и увидел, как металл прорвался сквозь материю, — перо вырывающегося и замерзающего воздуха. Человек изогнулся, сопротивляясь, и обмяк. Ян оттолкнул труп, позволяя мертвецу беспрепятственно лететь прочь. Он был готов вновь пустить в ход свое оружие — рядом находился другой космонавт.
На сей раз было уже нелегко. Человек стал бороться, когда Ян вцепился ему в руку. Они дергались, плыли, вращались. Кто-то схватил Яна за ногу. Потом за другую.
Это была неравная борьба. Он увидел в их руках ракетные пистолеты и прекратил сопротивление. Они не собирались его убивать, во всяком случае, сейчас. Землянам нужны были пленные, Яном овладело отчаяние, когда его потащили в земной корабль через наружный люк. Как только люк был задраен, с него сорвали костюм, швырнули на пол. Один из членов экипажа вышел вперед и сильно пнул его в голову, затем еще и еще — по ребрам. Боль помрачила сознание, пленники нужны были им живыми, ко не обязательно невредимыми. Последнее, что он запомнил, — удар башмака в голову, потом полет в болезненную тьму.
4— Некоторых они убили, — сказал Дебху, прижимая влажную ткань к голове Яна, — но только тех, кто слишком упорно сопротивлялся и был для них опасен. Им нужны пленные. Оставшихся пересчитали и загнали сюда. Как тебе, лучше?
— Такое чувство, будто череп раскололся.
— Нет, только ссадины. Доктор сказал, что сломанных ребер нет. Мы нужны им в хорошей форме — когда прилетим на Землю, нас выставят на всеобщее обозрение. До нас у них было мало пленных.
Он чуть помедлил, затем произнес более спокойно:
— У тебя есть какие-нибудь записи? Могут они как-нибудь установить, кто ты такой?
— Зачем тебе нужно это знать?
— Я никогда не был на Земле, никогда не имел непосредственно контакта с землянами. На меня могут быть документы, я толком не знаю. Но они всех нас сфотографировали. И тебя, пока ты был без сознания.
— Думаю, они будут счастливы, когда меня узнают, — сказал он. — Рисунок кровеносных сосудов глаза гораздо более индивидуален, чем любые отпечатки пальцев. Их нельзя ни очистить, ни изменить. У каждого человека на Земле при рождении и далее через регулярные промежутки времени снимаются эти сосудики. Компьютер способен распознать биллионы этих снимков в течение нескольких мгновений. Они разберутся очень быстро — поможет криминальное досье. Можно представить их радость.
— Не стоит чрезмерно тревожиться, — сказал Дебху, прислоняясь спиной к металлической стене камеры. — В любом случае, мы все вне закона. Возможно, сначала устроят показательный процесс в назидание праотцам. А потом… Кто знает, что потом. Я уверен, что ничего хорошего. Легкая смерть — лучшее, на что можно надеяться.
— Ну, нет, — сказал Ян, преодолевая боль, заставляя себя сесть. — Мы должны бежать,
Дебху сочувственно улыбнулся.
— Да, я думаю, должны.
— Нечего меня опекать, — зло сказал Ян. — Я знаю, что говорю. Я с Земли, а значит, больше чем кто-либо из присутствующих здесь понимаю обстановку. Я знаю, как думают и действуют Земляне. Нам все равно умирать. Так что терять нечего.