— Техник Холлидей! — кричал он проплывающим мимо людям, — кто из вас техник Холлидей?
Ян помедлил лишь мгновение, потом оттолкнулся и поплыл к этому человек. Личность его до сих пор не раскрыта, и это достижение было заслугой Сергуд-Смита.
— Одевайтесь, Холлидей, а вещи свои оставьте здесь. Они подождут вашего возвращения. Сейчас отправляется наш разведчик, и нам позарез нужен техник. Вы — тот счастливчик, на кого пал выбор. — Он взглянул на распечатку, которую держал в руке. — Командира зовут капитан Лестрап. Корабль Ида Питер Два Пять Шесть. Пошли.
Они воспользовались открытым джакстером со скелетным каркасом и закрепленными на нем шестью креслами. Кроме того, здесь были лишь четыре ручки и панель управления. Но пилот хорошо знал свой экипаж, и очень аккуратно оттолкнул его от воздушного шлюза, выйдя на новую траекторию еще до завершения разворота.
Земной Флот выглядел внушительно. Вокруг колонн длиной в два километра группировались космические корабли дальнего плавания всех размеров, от гигантских транспортников до джакстеров, наподобие того, на котором летели они. Они совершили облет флота по дуге, направляясь к сверкающей игле разведчика. В сравнении с двигателями и запасными топливными баками в корме каюты экипажа на носу выглядели крошечными. Он был ощетинен антеннами и всевозможными поисковыми устройствами. В космосе, за пределами сети станций раннего предупреждения, именно такие корабли служили глазами и ушами флота.
Джакстер подплыл к нему, притормозил и остановился, включив ненадолго боковую дюзу. На носу красовался огромный опознавательный номер ИП-256, как раз над открытой дверцей воздушного шлюза. Ян отстегнул ремень безопасности, всплыл над сиденьем и оттолкнулся в сторону корабля. Он мягко влетел в шлюз, схватился за одну из скоб и, нажав кнопку, помахал на прощание пилоту джакстера. Наружный люк медленно закрылся.
Когда давление в шлюзе стало равным давлению на корабле, внутренний люк автоматически открылся. Ян открыл шлем и поплыл внутрь. Круглая камера, видимо, жилая каюта — была в диаметре не более трех метров. Как выяснил Ян, здесь было около девяти кубических метров жилого пространства. Замечательно. Никаких излишеств для наших славных космических парней.
Из круглого люка в носовой стене комнаты показалась голова и уставилась на Яна сверху вниз. Красное лицо с чуть вытаращенными глазами.
— Ничего себе работенка, а, Тех, — лети себе да любуйся достопримечательностями. — Несомненно, это был капитан Лестрап; с каждым гневным словом в сторону Яна летела струйка слюны. — Ну-ка, снимай скафандр и забирайся сюда.
— Слушаю, сэр, — сказал Ян, подчиняясь инструкциям.
Через два часа после старта Яну уже не нравился капитан. К тому времени, когда он получил разрешение быть свободным, то есть спустя двадцать часов после прибытия на корабль, он его уже ненавидел. Было очень тяжело, поспав всего три часа, оказаться разбуженным и вновь возвратиться в рубку управления.
— Тех Холлидей, я собирался ненадолго вздремнуть, а это означает, что ты на вахте. Ничего не касайся, ничего не трогай, потому, что ты новичок-резервист. Машина сама выполнит все то, на что ты не способен. Если загорится маленькая сигнальная лампочка или послышатся гудочки, немедленно меня разбуди. Понял?
— Да, сэр, но и я способен следить за оборудованием, потому что умею…
— Я что, тебя спрашивал? Или приказывал говорить? Прежде, чем захочешь что-нибудь сказать, мистер, получи у меня разрешение. Понял? Если ответишь что-нибудь кроме «да, сэр», это будет неподчинением приказу, и я приму против тебя меры. Ну, а теперь что скажешь?
Ян устал и с каждым мгновением становился все злее. Он ничего не ответил и с удовольствием наблюдал красный оттенок, который с каждой секундой приобретала кожа офицера.
— Я приказываю говорить!
Ян медленно досчитал до пяти и сказал:
— Да, сэр.
Очень слабая месть, но пока и этого было достаточно. Ян проглотил возбуждающую таблетку и постарался не тереть воспаленные глаза. Рубку управления освещало лишь слабое сияние красных ламп. Звезды заполняли экран обзора, мерцающий текст и графика приборов появлялись на мониторах.
Сейчас они проходили через внешнюю сеть слежения, и очень скоро их доклады будут еле доноситься из этого участка пространства, Ян, хотя и не получил указаний от Сергуд-Смита, знал точно, что ему делать в этой ситуации.
Они уходили от Земли на полной скорости, уходили в пространство, в сторону атакующего флота. Здесь был предел действия орбитальных радиотелескопов. Корабль ИП-256 уже начал поиск повстанческого флота. Яну следовало держать себя в руках и не раздражать более капитана Лестрапа. Он стыдил себя за потерю самоконтроля, за то, что посмел оказал молчаливое сопротивление. Как только капитан вернется на вахту, следует извиниться перед ним. После этого Ян сделает все от него зависящее, чтобы создать себе репутацию хорошего космонавта, и будет выполнять то, что ему прикажут. Пусть даже для этого потребуется невероятная воля. И так будет, пока они не определят точное положение нападающих и не будут в этом полностью уверены.