Изображение вновь изменилось — по одну сторону символы вражеского флота, по другую — земные силы. Вначале через цилиндр промелькнула ломаная линия со стороны пришельцев, затем и со стороны защитников. Когда линии пересеклись, появились наборы цифр, зеленый и желтый. Последние цифры постоянно мелькали и менялись. Зеленые цифры представляли расстояние в километрах от нынешней позиции кораблей до точки пересечения, желтые — время до встречи. Адмирал внимательно следил за цифрами. Все еще слишком далеко.
— Покажите мне и десятую и девяностую.
Компьютер произвел сложный расчет в течение микросекунд, и две световые дуги пересекли их будущий курс всего лишь в четверти расстояния до вражеского флота. Ближайшая к флоту дуга была девяностой, с этого расстояния девяносто процентов снарядов должны были поразить противника — если не будет предпринято никаких мер по перехвату и отражению. Десятая была гораздо ближе к ним и представляла дистанцию для десятипроцентного поражения. Предстояли часы, прежде чем флоты сблизятся на такое расстояние. Космическая война, как и морская в древности, заключалась в долгих путешествиях и кратких стычках. Адмирал довольно потягивал папиросу и ждал. Он всегда считался человеком бесконечного терпения.
Флагман Скугаарда «Даннеброг» не имел такой совершенной боевой рубки, как его противник «Сталин». Но Скугаарда это устраивало. Вся необходимая информация имелась на экранах, а если он нуждался в изображении помасштабнее, оно проецировалось на дальнюю стену. Все здесь было надежно, все обязательно дублировалось, так что вероятность ошибки была очень мала. Любая сила, способная разладить электронику, могла сделать это, лишь уничтожив корабль целиком. Адмирал всегда чувствовал, что голографическое оборудование при всей своей точности и сложности не стоит тех усилий, которые шли на его изготовление. Поскольку всю работу выполняли машины, ему требовалось лишь узнавать о ее ходе самыми простейшими способами, и чтобы все приказы выполнялись немедленно после получения. Он взглянул на проекции неприятельского флота и помял в раздумьях свою большую челюсть. Наконец, он повернулся к Яну, тихо ждавшему в стороне.
— Итак, наше тяжелое вооружение в полном порядке и готово к действию. Хорошо. Я начинаю чувствовать уверенность.
— Проблема оказалась не слишком сложной, — заметил Ян, — честно говоря, я применил кое-что из опыта своей работы на автоматических линиях, когда мы старались ускорить повторяющиеся операции. Тут главное — механическое, а не электронное мышление. В электронике возвратные циклы очень полезны, потому что они позволяют производить различные операции с такой скоростью, что кажется, что они происходят мгновенно. Но механика помогает перемещать объекты большого веса. Их не так просто замедлить и остановить, для этого требуется время. Поэтому я переписал программу для пушечных ядер, так что каждое ядро постоянно находится в движении и управляется собственной компьютерной программой. Таким образом, если произойдет сбой, такое ядро отбрасывается и его место занимает следующее. Нет нужды начинать сначала, как это имело место прежде. Это означает также, что ядра смогут вылететь через гораздо меньшие интервалы, что позволит эти интервалы точно регулировать.
Адмирал одобрительно кивнул.
— Чудесно. И поскольку время означает расстояние, мы сможем посылать их довольно часто. Как близко друг от друга мы сможем выпускать ядра?
— Лучшее, чего мы добились — это три метра.
— Лучше не бывает. Это означает, что я могу стрелять по линии приближающихся кораблей, которые натолкнутся на прочную стену из этих штуковин.
— Идеально. Это упростит прицельные расчеты, останется только поймать цель.
— Я припас кое-что для своего старого приятеля Капустина. — Адмирал вновь повернулся к дисплеям. — Я очень хорошо его знаю, его тактику, приемы и его глупость. Пока он не имеет представления, чем я его ударю. Это будет интересный поединок. Надеюсь, вам это зрелище покажется занятным.
— Не думаю, что у меня будет время для зрелищ. Видимо, я буду со стрелками.
— Нет. Здесь, со мной вы будете более полезны. Если с нами свяжется Сергуд-Смит, или возникнет любая ситуация с его присутствием, вы мне понадобитесь мгновенно. Он — единственный неизвестный фактор в моих расчетах. Все остальное преодолимо. Вычисления проведены, программы составлены.
В это время зазвучал сигнал, и тут же компьютер сообщил: «Перемена курса». Сквозь подошвы стала чувствоваться вибрация двигателей.