— Нет!
Наступила тишина. Не слишком ли сильно он нажал? Возможно, но надо действовать, чтобы вывести их из равновесия. Пока он сам в состоянии сохранять его, он остается во главе. Пауза затянулась.
— Одну ты точно получишь, — медленно и мрачно проговорил Бруно Бекер, нарушая молчание. — Девушки из моей семьи вышивают не хуже, чем Махровы. А некоторые говорят, что даже лучше. Моя племянница Арма известна своим умением.
— Я знаю. — Ян, повернувшись спиной к Хрэдил, воодушевляюще кивнул и улыбнулся. — И она очень симпатичная девушка к тому же. Кстати, не ее ли брат — водитель девятого поезда? Верно? Я пришлю его за ней. Собственный брат сможет ее обучить лучше, чем кто бы то ни было; может она даже выучится штурманскому делу.
— Вышивка у нее — как следы цыпленка на песке, — брезгливо поморщилась Хрэдил.
— Я уверен, что обе девушки — прекрасные рукодельницы, — мягко заметил Ян. — Но вопрос не в этом. А в том, смогут ли они выучиться на помощника водителя, Думаю, что Отакар сможет натаскать Элжбету не хуже, чем Арму — ее брат.
— Невозможно! Одна, наедине с мужчинами!
— Проблема легко разрешимая. Очень хорошо, что ты мне напомнила, Хрэдил. Если бы не ты, мы бы забыли об этом. Спасибо. Пусть Элжбета утром придет на урок в сопровождении замужней женщины, а теперь давайте составим список тех, кто будет работать.
Похоже, задача была решена. Главы Семей называли кандидатуры, а Ян записывал имена тех, кто по общему мнению наиболее подходил. Одна лишь Хрэдил молчала. Лицо ее было безучастно, но глаза просто пылали ненавистью. Она поняла, что сделал Ян. И если раньше она его недолюбливала, то теперь ненавидела с лютостью невообразимой. Ян отвернулся и постарался не обращать на старуху внимания, потому что знал — он ничего не сможет изменить.
7— Еще по меньшей мере час, — сказал Лайос Наджи. — Надо расширить проход, иначе движителям не пройти. И я хочу проверить прочность внешнего края. Мне не нравятся слагающие его породы.
Он был на ногах целый день и всю ночь — работал, не покладая рук. Лицо его стало бледным, под глазами легли черные круги.
— Сколько для этого потребуется танков? — спросил Ян.
— Два. Те, что с самыми большими плавильными пушками.
— Оставь их здесь и веди вперед остальные.
— Я уйду, когда все будет сделано…
— Нет. Ты чертовски плохо выглядишь. Я хочу, чтобы ты поспал в дороге. Нам предстоит длинный путь и очень много хлопот. А теперь не спорь, или я возложу твои обязанности на Хейна.
Ян медленно пошел по вновь пробитой дороге к поджидающим поездам. Он взглянул на резко синие небо и поморщился от яркого света. Солнце еще таилось за горами, но скоро должно было взойти. Под обрывом Дороги клубились облака, скрывавшие джунгли. День обещал быть жарким. Он повернул к своему движителю и увидел Эйно, посасывающего трубку, склонясь над позолоченным металлическим блоком. На его ладонях, руках и даже лице были пятна смазки.
— Все готово, — сказал он Яну. — Это заняло почти всю ночь, но стоило того. Я вздремну в двигательном отсеке. Не нужно ставить новые тормозные вентили. Прежние уже прочищены. Мы их поставили на место. Работают прекрасно. Фильтры мы тоже заменили. Совершенно грязные были. Хотел бы я отлупить этого Децио. Он никогда ни к одному из них не прикасался.
— Возможно, я тебе в этом помогу. После рейса.
Несколько часов сна, которые удалось выкроить Яну, восстановили его силы. Он с удовольствием полез наверх в кабину. Над холмами взошло солнце и засияло на металле так, что даже сквозь плотно сжатые веки казалось, будто со всех сторон движителя бушует золотое пламя. Почти ослепший Ян пролез в люк и захлопнул за собой крышку. Воздух внутри был сухим и прохладным.
— Температура коробки скоростей, температура покрышек, температура тормозного барабана, температура подшипников.
Говорил не Отакар. Это был другой, милый и знакомый голос. Как же он мог забыть!
В кресле помощника водителя сидела Элжбета, а за ней стоял Отакар и счастливо кивал головой. Совсем рядом с ними сидела приземистая толстая седоволосая женщина, вязавшая со свирепым видом — родная дочь Хрэдил, цепной пес — страж девственниц. Ян улыбнулся про себя, садясь в водительское кресло. Элжбета оглянулась, заметила его и запнулась на полуслове.