- А? - растерянно спросил Панин и инстинктивно поднял руки, давая понять: я сдаюсь.
- Что - а? Что - а? Человеку деваться некуда! Кругом одни машины, жиды и собаки!
Интересно, за кого она меня приняла, размышлял он, направляясь к продовольственному магазину: за автомобиль, собаку или представителя богоизбранного племени.
Глава восьмая
1
Ей страшно не повезло в душном подвале, где пахнет цементом, старым тряпьем, плесенью, аммиаком и гнилью, где слышно, как гудит вода в густо заросших мохнатой плесенью трубах.
Возможно, она еще не догадывалась о размерах утраты, но предчувствие катастрофической потери стояло в ее взгляде, и значит отныне она обречена на жизнь с открытыми глазами: она обязательно заметит отвратительный красный прыщик на скуле мальчика, пригласившего ее потанцевать на какой-нибудь школьной вечерушке, и почувствует отвратительную - как прикосновение к лягушке - влажность его ладоней, обратит внимание на щербинку в переднем зубе, и многое другое, чего - не будь этого подвала - она никогда бы не увидела в этом застенчивом, оказывающем ей неуклюжие знаки внимания однокласснике...
И с самого начала она будет знать, чего же от нее хотят его слишком торопливые и нервные пальцы, не умеющие толком расстегнуть пуговку на блузке.
Рывком открыв в полудетском возрасте ту дверь, за которой до поры до времени хранятся тайны отношений мужчины и женщины, она будет прекрасно понимать, что означают эти слишком против нормы удлиненные взгляды мужчин в ее сторону, их суетливость и предупредительность, пышные цветы их красноречий, фальшивый блеск острот и изнанка целомудренных жестов, и тонкий хруст подарочного целлофана, окутывающего букет роскошных темно-бордовых длинноногих роз, или холодная вспышка грани полудрагоценного камушка в серебре изящного колечка, и масса всего остального, что по возрасту ей положено вкушать с закрытыми глазами.
Дай-то Бог в ее перспективах что-то напутать, и дай Бог дошагать ей вот так, с открытыми глазами до какой-нибудь просторной, прохладно-торжественной комнаты с атласными сборчатыми гардинами на высоких окнах, и красной дорожкой по центру, где в углу в момент ритуально замедленного открытия двустворчатых дверей вздрогнет и уныло потечет отливающий бронзой марш Мендельсона, исполняемый утомленным и равнодушным женским оркестром (скрипка, виолончель и что еще? контрабас? флейта?) с той долей вдохновения, какая искрится в конвейерном рабочем, восемь часов кряду закручивающем гайки. И это мелодия партией background будет долго и монотонно звучать на задворках бурной, раздираемой истерическими выкриками «Горько!» пьянки за партикулярно-парадным столом, где все, прежде чем рухнуть лицом в салат, будут уповать на некое таинство, ожидающее молодых за дверями спальни, но не будут догадываться, что из-под фаты за ними следят пристальные, проницательные давно открытые глаза человека, наперед знающего: все кончится запахом пота, ритмичным перегарным выхлопом навалившегося на тебя супружника, работающего в ритме отбойного молотка, и струйкой чего-то отвратительно липкого, стекающей по ноге.
Примерно такую взрослую дальнозоркость он почувствовал во взгляде этой девочки, вжавшейся в угол и прячущей за крестом рук свою едва начавшую формироваться грудь.
2
Похоже, этот молодой человек с меловым лицом остается последней возможностью хоть как-то прояснить ситуацию, здраво рассудил Панин, направляясь во внутренний двор семиэтажного кирпичного дома. Он остановился перед железной дверью, отгороженной от тротуара бетонной стеной.
Стена была обильно украшена тем особым видом уличной клинописи, какая в большом почете у подрастающего поколения, выучившегося грамоте исключительно ради того, чтобы изливать свои возвышенные чувства на заборах, стенах подъездов и лифтов с обуглившимися пластиковыми кнопками в приборной доске.
- А почему бы и нет? - подумал он вслух.
В самом деле, эти наскальные тексты зачастую выглядят тоньше, умнее, искреннее текстов книжных, особенно тех, что относятся к посткоммунистической эпохе. А что касается мастеров устного литературно-эстрадного жанра, то наших господ пародистов и сатириков давно пора серьезно лечить: их напичканные идиотскими ужимками эстрадные шоу любой имеющий совесть и профессионально ответственный психолог сходу может диагностировать как кристально чистое, без посторонних примесей, проявление кретинизма.