Он прибавил шагу, прошел мимо покосившихся строений главной улицы, пересчитал магазины и фирмы, плотно прижавшиеся друг другу, и, возбужденный отрадными мыслями, направился домой. Не терпелось изложить свой бизнес-проект на бумаге и начать действовать. Осмотрительно и при этом широко, нагло и решительно. Однако же не выходя из допустимых неписанных рамок.
Размашистым почерком он долго заполнял страницы фантазиями искусного бюрократа, выросшего буквально на голом месте. У нашего человека есть несомненный талант: совершенно неожиданно повар затрапезного трактира становится видным финансистом, уволенный за взятки прокурор-выжига — популярным кутюрье или режиссером, карманный вор, тянущий лямку очередного тюремного срока, — популярным общественным деятелем, а мелкий лавочник столичных кварталов, торгующий фальшивыми брендами, — видным членом Государственной Думы и даже грозным федеральным министром. Благодаря этим национальным особенностям бывший милиционер-неудачник Леонид Иванович довольно быстро становился преуспевающим держателем административного ресурса, вершащим судьбы своих соотечественников.
Около двух часов ночи Леонид Иванович закончил свое бюрократическое творение, способное в угоду его собственному банковскому счету вытрясти карманы любого предпринимателя. После чего завалился на кровать, закрыл глаза, и перед ним предстали необыкновенные картины грядущего всевластия. У новобранцев после первых армейских физических нагрузок происходят самопроизвольные поллюции. У Ефимкина в эмоциональном напряжении не руки чесались после успешной коммерческой сделки, не девятизначные цифры в валюте прыгали перед глазами, не новенькие ассигнации вожделенно шелестели в ушах, а давно забытый оргазм вынуждал с восторгом выкрикивать: «О-о-о-о! Еще, еще, еще! Ах, ах, ах… Дорогой… милейший… Доллар…» Трудно сказать, что именно являлось новоиспеченному распорядителю регионального бизнеса в этих загадочных наваждениях. Но очевидно, что настоящий экстаз.
Утром следующего дня господин Ефимкин передал главе города свой амбициозный план и стал энергично реализовывать заложенные в нем идеи. Организовал нотариальные конторы, создал консалтинговую фирму, для хранения наличности подписал соглашения с банками на ячейки, зарегистрировал лабораторию химической и ядерной защиты, получил от городских властей эксклюзив на собственный фонд для проверок выполнения субъектами хозяйствования им самим составленных циркуляров и так далее. Нашел он час, чтобы осмотреть пойму реки Кан с желанием выявить нарушителей. На берегу к нему подошел местный коммерсант Разживин, крупный мужчина лет сорока. Он преградил Леониду Ивановичу дорогу и без обиняков заявил:
— Возьми тыщу долларов, но завтра утром дай согласие на подключение к электричеству. В полдень я должен открыть свое заведение. У меня все готово, а в мэрии сказали, что без твоего согласия энергию я не получу.
— Сказали, да не все, — усмехнулся Леонид Иванович. — С сегодняшнего дня все твои разрешительные бумаги не действуют. Нужны новые!
— Как так? Я устал вам носить. Уже все продал, все жилы из меня вытянули. Дай лицензию, потом разберемся.
— Понял, что я сказал? Завтра говорить будем.
— Слушай, чудище, в моей левой руке последняя тыща долларов. Правая зато сжата в тяжелый кулак. Я миллион долларов потратил на возведение и обустройство кабака. Так что шутки в сторону. Бери тыщонку и давай свет или измордую тебя как шведа под Полтавой… Ваши аппетиты у меня поперек горла. Не могу я больше. Дай подключение…
— Ты не пугай, я не из робких. Хочешь открыть заведение, обращайся в консалтинговую фирму “Славика”. Там тебе помогут, но, конечно, не за тыщонку… Предложил тоже сумму! Ха-ха-ха!