– Это просто ерундистика, курам на смех, – мрачно ответствовала Лиза. – Вот тут вы ошибаетесь, товарищ княгиня. На животных как раз можно положиться. В отличие от людей. Сильно сомневаюсь, что Джим просто так напал бы на вашу стюардессу. Чем-то она его взбесила, ручаюсь вам именем – не вашего покойного мужа, а дяденьки Павлова, на которого равняюсь с детства.
– Госпожа агент! – В мелодичном голосе зазвенело напряжение. – Прошу вас никогда, никогда не поминать всуе имя моего Феликса, непостижимого, уникального человека, покинувшего этот мир в то время, как здесь остались такие отвратительные существа, как эта свинья… Никогда, слышите?
Лиза вздохнула.
– Не убивайтесь вы так, – дружески посоветовала она натянутой, как струна, Юсуповой. – Может, ваш Феликс сейчас где-нибудь в альтернативной реальности сидит, пиво пьет, на солнце щурится. Всякое бывает, товарищ княгиня.
Глава 6
– Елизавета, налицо злостное нарушение инструкции. – Платон вклинился в девичью беседу, как зубная боль – в песню. – Сэр Джим до сих пор не проверен на невменяемость. Я лично доложу господину Ренненкампфу. Твой шеф тебя не спасет. Это ты его потянешь за собой на дно.
– Пардон, Платон Арнольдыч, я уже приступаю, – спохватилась Лиза. – Без кофе-то мысли в кучку не собрать. И это я еще молчу про сигареты.
В этот момент из коридора послышалось дребезжание, и в открытую дверь кабины вкатилась самоходная тележка: продолговатый журнальный столик из светлого металла, с бортиками, на маленьких колесиках. Посреди тележки стоял картонный стаканчик с алым логотипом «Гаккелевских авиалиний», наполненный горячей черной жидкостью. Тележка остановилась в сантиметре от Лизиных колен.
– Эспрессо! Эспрессо, клянусь всеми трицикликами и блокировкой распада моноаминов! – с удивлением сказала Лиза, принюхиваясь и осторожно пробуя неплохой кофе. – А это что в красивых оберточках? Неужто десертик? – Она жадно накинулась на квадратик в алом фантике и крошечный малиновый рулетик в прозрачной упаковке с бантиком.
– Кофе, шоколад и леваш – как вы и заказывали, госпожа агент, – сообщила княгиня Юсупова, явно наслаждаясь произведенным эффектом. – Я же говорила: на борту «Беркута» не бывает непредсказуемых ситуаций! Мой Феликс предусмотрел даже автоматическую кофеварку, хотя пассажиры крайне редко заказывают этот напиток. Русские любят чай и морс, американцы – смузи и молочные коктейли… Пока мы с вами разговаривали, я через свой Перстень послала «Беркуту» запрос на эспрессо с доставкой в кабину пилота. У меня как у владельца компании, разумеется, есть электронные ключи от системы управления самолетом.
– Хммм… – с набитым ртом протянула Лиза. – Платон Арнольдыч, а вам это не подозрительно? Может, товарищ княгиня сама виновата в жесткой посадке? Например, причесывалась, случайно задела расческой Перстень, тот послал не ту команду «Беркуту», который в этот момент подлетал к Гатчине… А? Как вам такой вариантец? И Джим ни при чем.
Лиза победоносно подняла чашку кофе в воздух и замерла в ожидании комплиментов своим невероятным дедуктивным способностям.
Однако не дождалась.
Платон сурово сказал:
– В твою компетенцию ветеринара этот вопрос не входит. Это обязанность коллег из Девятьсот Девятого. Они расшифруют «черный ящик» «Беркута». «Черный ящик» фиксировал все команды на рейсе во время полета. Твоя обязанность – проверить свинью. Не строить предположения и не распивать кофе. А проверить свинью. Немедленно займись.
– Госпожа агент, – вмешалась княгиня Юсупова, – это решительно невозможный вариант. Во-первых, разве могла бы я быть настолько невнимательной, чтобы нанести вред родной компании, пусть даже и невольный? А во-вторых, мои электронные ключи действуют только на земле. Как только самолет выходит на рейс, любые внешние команды блокируются, ключи всех сотрудников деактивируются… Автопилот берет на себя полное управление. Если бы даже я была на борту в момент полета, мне пришлось бы заказывать мой любимый вишневый компот через обычный сенсорный экран на спинке впереди стоящего сиденья – как и любому другому пассажиру. Я бы не смогла сделать заказ через Перстень, как сейчас.
– Ну допустим, – недоверчиво сказала Лиза. – Вот только я, товарищ княгиня, одного не могу понять. Зачем вам стюардессы, если у вас компоты и кофе, не говоря уже про всякие смузи, сами катаются по всему самолету?