Граф Александр и правда был в приподнятом настроении. Можно сказать – в эйфории. Лиза его даже не сразу узнала, когда случайно столкнулась с ним в «Омеле». Ну, то есть это она сначала думала, что столкнулась с ним случайно, однако тут же выяснилось, что граф догадался, куда она помчится сразу после аэропорта, опередил коллегу и ждал Лизу в кафе, чтобы угостить обедом.
Да, после всех этих разговоров о пирожках с деньгами Лизе жутко захотелось перекусить. Поэтому она действительно кинулась в любимую ресторашку. И как фон Миних мог это предугадать? Не иначе как применил свои экстрасверхспособности опытного следователя.
Бледные щеки графа раскраснелись, глаза светились довольством. Кажется, он даже что-то напевал, пока Лиза жадно заглатывала пирожки с лесными ягодами, совершенно позабыв о том, что ей нужно худеть для благополучного возвращения домой.
– Я в восхищении, Елизавета Андреевна, от вашей совместной работы с господином Шварцем. А точнее – от того, как вы изящно поставили его на место. Он ведь полностью уверился в том, что всему причиной был Джим, но вы сумели, несмотря ни на что, найти доказательства обратному. Ваша настойчивость в Таможенной службе… Я просто обязан был немедленно угостить вас чем-нибудь вкусным. Прекрасная работа, сударыня!
– Ну, княгиня Юсупова с вами вряд ли бы согласилась, – невнятно отозвалась Лиза, наслаждаясь воздушным тестом с малиново-сливочной начинкой и чудным горьковатым эспрессо. – Мы потом вернулись на борт «Беркута», где она нас ждала в полной уверенности, что сейчас ее избавят от надоевшей свиньи, которую она всем сердцем ненавидит. И тут я ей сообщаю, что свинья будет жить, а вот ее лучшую стюардессу в данный момент увозят в кутузку. В общем, Платон ее еле откачал, хотя, по моему личному мнению, можно было обойтись и без расшнуровки корсета. Устроил там ноотроп знает что. Но потом пришла нежданная-негаданная помощь: Юсуповой позвонил глава рекламного отдела «Гаккелевских авиалиний». Он ей доступно объяснил, что общественности сильно не понравилось бы, если бы милую свинку пришлось усыпить. И если уж выбирать, кого кинуть на алтарь, так лучше Фернанду, которая явно проигрывает кабанчику в народной популярности. После этого княгиня пришла в себя и даже разрешила Платону увести ее в аэропортовское кафе. Ну а я к ним набиваться в компанию не стала и бросилась сюда. Хотите пирожок с брусникой?
– Нет-нет, благодарю, Елизавета Андреевна, мне достаточно и чая… Я так понял из репортажа господина Головастикова, что Джиму нашли новую работу?
– Ага. Начальница таможни Ирина – ух, какая грозная тетя! – решила взять его к себе в штат, раз кабанчик может учуять наркотик в любом виде. Но основная причина его трудоустройства не в этом. А в том, что Джим протащит ее в сияющую обитель шоу-бизнеса. Ангел собирается регулярно освещать таможенную деятельность кабанчика в своей программе. Крестный отец Джима, так он себя называет. Не знаю почему.
– Наверное, потому, что Ангел был первым, кто представил Джима публике – в своей программе «Великая княжна точка лайв», – рассеянно предположил граф, прихлебывая светлый чай. – Он тогда еще был бессмысленным поросенком. Под словом «он» я имею в виду Джима. Ангел так и остался бессмысленным поросенком… Вы говорите, сударыня, Платон увлекся княгиней? Что ж, я ей сочувствую. Она не подозревает, что ее ждет. Лучше бы она пошла на свидание с бортовым компьютером «Беркута». Хотя, конечно, противостоять напору Платона непросто. Фактически – невозможно. Даже мне за все годы знакомства с ним не удалось этому научиться. А вот у вас – врожденный дар, сударыня! Как же я рад, что вы проучили его сегодня, да еще и перед камерой «Всемогущего». Очень надеюсь, что Ренненкампф в прямом эфире наблюдал за сокрушительным фиаско его любимого агента!
– Ого, граф! Не думала, что вам свойственна банальная мстительность, – сказала Лиза, отдуваясь после пирожков и готовясь к гранд-десерту, заказанному ей просто от жадности.
Торт «Ореховый взрыв», состоявший из пятнадцати коржей и семи видов орехов, имел в высоту сантиметров тридцать и являлся самой дорогой позицией в меню «Омелы». Лиза просто не могла упустить шанса попробовать его бесплатно. Граф же угощает! Нужно пользоваться.
– Слушайте, а что у вас там была за история в Швейцарии? – спросила она, варварски закапываясь в самую середину «Взрыва». – Платон говорил, что вы провалили какое-то секретное задание.
Граф сразу помрачнел. От жизнерадостности, брызжущей пузырьками шампанского, не осталось и следа.
– Задание было секретным.