Не выпуская «оружия» (ха-ха) из рук, они обнялись, чтобы было не так зябко, и стали ждать, глядя на темную озерную гладь внизу.
Звонок. Девушка из волонтерской организации. Дала ряд указаний, а затем переключила на мужика, который назвался координатором. Тот прислал эсэмэской ссылку на интернет-ресурс, который должен был определить широту и долготу. Через пять минут перезвонил и сообщил, что положение определилось с точностью до трех метров; отряд волонтеров-спасателей, мол, выезжает из Брянска.
«Та-а-а-а-ак, — стал мысленно прикидывать Леша. — Пока они экипируются, пока доедут, пройдет часа полтора. Потом еще минимум час будут продираться в темноте сквозь все эти сраные кусты и болота. Накинь еще полчаса как непредвиденные затраты времени — итого три часа ожидания в холоде, сырости и темноте».
Координатор попросил включить на телефоне экономный режим, не пользоваться устройством без чрезвычайной необходимости и через полчаса вернуться на связь для контрольного созвона.
Итак, нас вызволяют из плена дикой местности не эмчеэсники, а волонтеры, черт возьми. Ситуация абсурднее некуда…
Когда сеанс связи окончился, Юля и Леша почувствовали себя безнадежно, отчаянно отрезанными от мира.
— Как думаешь, через сколько они приедут? — спросила Юля шепотом.
Леша изложил свои соображения.
— Мы замерзнем!
— В термосе еще осталось немножко. Давай допьем. Согреемся. Хотя бы ненадолго.
Он достал из рюкзака термос. Они быстро допили душистый зеленый чай и застыли на месте, крепко обнявшись. Вокруг только легкий ветерок шелестел голыми ветвями.
В условленное время они созвонились с координатором. Он задал несколько вопросов и заверил, что спасатели спешат на помощь. Назначил следующий сеанс связи через полтора часа.
И снова дикая лесная октябрьская тишина…
Сорок три минуты спустя.
— Ты слышал?! — спросила Юля, разом перестав дрожать.
— Что? — Леша внимательно огляделся, хотя кругом было хоть глаз выколи.
— Шаги.
Они вдвоем замерли, прислушались.
Леша сумел уловить легкий шорох шагов вдалеке.
— Это спасатели! — воодушевилась Юля. — Давай звать на помощь!
— Т-с-с-с-с-с-с! Если бы спасатели, мы б увидели свет фонарей. И они сами нас уже сто раз позвали бы.
Они снова прислушались.
Осторожные, крадущиеся шажки. Было сложно понять, насколько далеко источник звука. Затем раздался агрессивный удар по воде. Совсем близко. В тусклых отсветах далеких железнодорожных огней виднелись расходящиеся по озерной глади круги.
Алексей ругнулся. Юля сильнее прижалась к нему.
— Что это такое?!
— Бобры, — не растерялся Леша. — Я читал, они иногда лупят по воде хвостами.
На самом деле ничего об этом он не читал и не знал. Просто нужно было сказать что-нибудь успокаивающее.
— Мне страшно! — в который раз повторила Юля.
— Не бойся, я не дам тебя в обиду, — пообещал Леша, сжимая в руке за Юлиной спиной топорик. Сам он едва ли себе верил.
Премьера! Новый фильм ужасов! Парочка городских идиотов заблудилась в трех соснах! НЕЧТО отрезало их от остального мира на маленьком пятачке у озера! Что загнало их сюда — человек, зверь или нечто потустороннее? И — самое главное — сумеют ли они дожить до утра? Смотрите во всех кинотеатрах страны!
Шаги.
Вернее, шажки.
По-прежнему очень легкие, но теперь уже отчетливо слышимые.
Оно близко.
— Господи господи господи что делать… — бубнила Юля в ткань Лешиной толстовки.
— Э-Э-Э-Э-Э-ЭЙ! — неожиданно для самого себя дурным голосом выкрикнул Алексей. — Кто ты и что тебе надо?!
Шаги стихли. С минуту Леша и Юля ждали ответа, но так и не дождались. Вместо этого где-то вдалеке послышалось совиное уханье.
Юля поежилась.
Тем временем ветер крепчал. Стало холоднее.
— Это какой-нибудь барсук там шастает, — попытался Леша развеять страхи.
Бобер (или не бобер) снова взялся лупить хвостом по воде. Как только наглое животное успокоилось, лесная звуковая палитра обогатилась новым звуком.
Похрюкивание.
Леша вернулся к Юле, и они переглянулись в темноте. Кабан, — прочли они друг у друга в глазах.
Вот это попадос, ребятишки!
Шевеление в дальних кустах.
Похрюкивание.
Леша мог бы сморозить какую-нибудь ободряющую глупость, но теперь подобные фокусы не пройдут. Своим словоблудием он уже не сможет успокоить ни Юлю, ни себя.
Было слышно, как влажный свиной пятачок роет землю под корнями.
Внезапно где-то поблизости прозвучало произнесенное детским голоском слово:
— Мама…
У Леши от страха отнялись конечности. Он напрочь забыл о холоде. Корни волос поползли к затылку.