– Дорабатываешь этот месяц, а потом идёшь на больничный.
– Как это? – изумилась Лена.
– Очень просто. Ты сказала, что в следующем месяце должна работать во Фрибурге? Видишь, как славно. Я живу там. Если ты не против, я помогу тебе с переездом. Потом мы поступим так, – он почесал голову, прищурил и без того узкие глаза, отпил шампанского и продолжил, – Ты отработаешь первых три дня, а потом я организую тебе длительный больничный. Ты будешь сидеть дома.
– А разве так возможно?
– Возможно. Я тебе помогу. О деньгах тоже не думай. Всё будет хорошо.
– Зачем Вам это нужно? Что Вы от меня хотите? Я Вас совсем не знаю, в конце концов! Прекратите играть в добрую фею. Я далеко не золушка!
– Согласен… Но у нас будет время познакомиться. Кстати, моё имя Фей. Правда, детское, но всё же. Так что Вы почти правы, я – фея, – китаец широко улыбнулся, и его глаза превратились в две тёмные щёлки.
– Что значит детское? – немного успокоившись от его обезоруживающей улыбки, спросила Лена.
– Моя семья немного старомодная и чтит все давние традиции. У нас при рождении даётся одно имя, а потом, когда человек достигает определённого возраста, он может взять другое. Я говорю об имени, а не о фамилии. Ну да ладно, когда-нибудь, если будет интересно, расскажу.
Лене было очень интересно с ним. Уже тот факт, что Фей говорил пусть на ломаном, но всё же русском языке, несказанно радовал её и облегчал общение. Оказалось, что он живёт в Швейцарии уже двадцать пять лет и имеет во Фрибурге свой бизнес в виде двух китайских ресторанов. В Китай возвращаться он не собирается, так как очень хорошо обустроился в Швейцарии, обзавёлся семьёй, любимым делом и друзьями. Жена была тоже китаянкой, это ещё раз подтверждало соблюдение традиций и обычаев. Родители решили их судьбу ещё задолго до их совершеннолетия. Поэтому любви между супругами никогда не было, но они хорошо понимали друг друга и уважали. Всё получилось именно так, как и говорил Фей. Лена переехала во Фрибург, и через три для вышла на больничный. Фей приходил к ней каждый день с букетиком цветов и вкусно пахнущими пакетами из своего ресторана. Он с воодушевлением принялся показывать ей страну, которая когда-то так благодушно приняла его. За три недели «отпуска по болезни» они побывали в Лугано, Женеве, Люцерне, они успели посетить термальные бани в Лоэше. Лена оттаяла, «отмокла» не только телом, но и душой. Она с каждым днём чувствовала, как привыкает к этому совершенно чужому, не похожему ни на неё, ни на её окружение, человеку, но такому родному и настоящему. Она ждала каждого нового дня, чтобы услышать его голос, заглянуть в его узкие угольные глаза, запустить пальцы в густые волосы и вдохнуть его запах, по-детски молочно-ванильный. Фей же просто потерял голову. Он думал только о ней, говорил только о ней, жил только ею. Но время шло, подходил к концу третий месяц, который неумолимо требовал реальных решений и действий и от него и от неё. Она собирала чемоданы, набитые дорогими подарками «доброй Феи», а он разрывался между долгом и желанием.
– Что ты будешь делать, когда вернёшься домой? Чем будешь жить?
– Я ещё не знаю… Как-нибудь устроится, – грустно отвечала она, стараясь не смотреть ему в глаза. Ей не хотелось домой. Она была готова оставить страну, друзей, полностью поменять свою жизнь, лишь бы быть рядом с ним. Он должен только сказать, только попросить остаться, пообещать, что всё будет хорошо, даже если это будет обманом.
И он пообещал. Фей говорил долго, запутанно, нервно. Он перескакивая с русского языка на французский, снова на русский, обещал, что разведётся, но… Но не сейчас. Сейчас не время. Дети, а их у него двое, заканчивают школу, и очень скоро нужно будет их отправлять на обучение. Весь его бизнес оформлен на жену, поэтому нужно действовать умно, не спеша, осмыслив и рассчитав всё до мелочей. В Швейцарии при разводе закон на стороне женщины, а он и его жена уже давно подданные этой страны. Он рискует остаться голым и босым. Фей помнил те времена, когда только начинал строить свою маленькую империю. Больше такого «драйва» ему испытывать не хотелось, тем более впутывать в это свою Леночку. Выход нашёлся сам собой. Его давний знакомый Том, швейцарец, весельчак и вообще просто хороший парень, предложил свои услуги в виде помощи. Они, а именно Том с Леной, заключат фиктивный брак, за который он возьмёт всего лишь двадцать пять тысяч франков, а не тридцать, как принято, а Фей спокойно и без суеты решит свои проблемы. Как только Фей разведётся, Лена сразу же выйдет за него замуж. Только нужно, чтобы всё было правдоподобно, со свадьбой, с платьем, так как полиция блюдёт постоянно. Первый год Том и Лена будут вынуждены жить вместе. Для видимости, разумеется, быть на виду, сделать побольше фотографий и убедить окружающих в своём счастливом браке. Конечно, Фей будет приходить к ним или, на крайний случай, они с Леночкой будут встречаться тайно. Том даже пошёл им на встречу, объявив, что он не какой-то там никчемный вымогатель, поэтому возьмёт только десять тысяч сразу, а остальные Фей будет выплачивать ежемесячно по пятьсот франков.