– Подожди, Дом, не передёргивай. Я лишь хочу сказать, что следовало бы сначала спросить моего согласия.
– А ты разве уже не хочешь быть со мной?
– Быть – хочу, но не таким способом. У меня есть ребёнок, и в первую очередь я должна думать о нём. То, что я сейчас здесь, во многом связанно именно с этим фактом. Ты знаешь, чего мне стоит находиться вдали от Антошки... Я тебе не раз говорила.
– Но я же тебе не предлагаю оставить его дома! Мишель знает, что ты с ребёнком!
– Доминик, как ты себе представляешь эту картину? Молодая женщина живёт с одним мужчиной, а встречается с другим? Что обо мне будет думать мой сын?
– Но, ведь это временно. Восемь месяцев, может год. Не больше…
– А потом?
– А потом я сниму тебе квартиру и …
– И я стану полноправной любовницей. Ты думаешь, что такая версия полностью устроит меня? Я уже не говорю о ребёнке.
– Но, девочка моя, ты же знаешь, что по-другому не получится! Моя жена мне развода не даст. А если такое и произойдёт, то я останусь нищим. Она отсудит всё! И это не пустые угрозы!
– Я помню, ты мне говорил, но… Я тоже не могу…
– Почему? Тебя ничего не связывает.
– Связывает. Моя гордость, честь, принципы.
– О чём ты говоришь? – поморщился Доминик. – Но… Ладно…
– Я понимаю, что звучит довольно странно. Женщина, которая спит за деньги, говорит о принципах и чести. Ты это хотел мне напомнить? Но это временно, и ты это знаешь. Через месяц я вернусь домой и постараюсь начать новую жизнь в рамках тех понятий, о которых я только что сказала. Но ты мне предлагаешь остаться в таком качестве, в котором я нахожусь сейчас. Мне это не подходит, прости. Я очень ценю твоё рвение, твою настойчивость, предприимчивость. Но… Это выше моих сил. Я не хочу играть всю свою жизнь какие-то роли. Одного любить, с другим жить, фиктивные фото, фиктивная радость, краденые минуты счастья и чувство вины перед собой и ребёнком. Это неправильно. Я так не хочу.
– А как хочешь? Выйти замуж по-настоящему?
– Да.
– По-настоящему за какого-то идиота, чтобы получить швейцарское гражданство?
– Не нужно утрировать. Лучше быть одной, чем лишь бы с кем. А насчёт паспорта, то ты не угадал, у меня нет такой цели, – Лиза поднялась и подошла к окну. По стеклу стекали прозрачные дорожки. Редкий ленивый дождь грустно тарабанил по подоконнику.
– А он тебе предлагал замуж? – вдруг спросил Доминик.
– Кто он? – удивилась Лиза и развернулась к мужчине лицом.
– Перестань, Саша, я видел его. Он приходил к нам в магазин и разговаривал с Еленой. Хотел купить тебе кольцо. Спрашивал размер и совета у твоей подружки. Марк, по-моему.
– Марк?! Приходил в твой магазин?!
– Да… Так он предложил тебе замуж или нет? Может, поэтому ты отказываешь мне? И высокие понятия здесь ни к чему?
– Я не тебе отказываю, а такому образу жизни. Не надо путать. А Марк замуж меня не звал.
– К сожалению? – Доминик серьёзно смотрел на девушку.
– Дом, он тебе не соперник. Не нужно накручивать себя. Я и так достаточно поиздевалась над мальчиком.
– Как ты о нём нежно отзываешься…
– Прекрати кривляться! Между прочим, перед поездкой в Марокко он мне помогал в магазине выбирать купальник! Он, влюблённый в меня по уши, зная, что я еду с любимым человеком отдыхать, помогал выбрать купальник! Ты это понимаешь?! Я ему сказала в лоб, что не люблю его, а он меня попросил не гнать его от себя и оставить в качестве друга.
– А, так он мазохист! Так с этого надо было и начинать! Значит, в качестве друга. Близкого?
– Я вижу, тебе доставляет удовольствие наш ни к чему не ведущий разговор. А вот мне не очень. Значит, так, я иду в душ, а ты остынь немного и отдохни.
Когда Лиза вышла из душа, Доминика не было. Девушка растерянно села на кровать и взяла в руки телефон. Звонить или подождать? Лиза устала оправдываться и извиняться, строить незримые планы на будущее, форсируя чувства и обстоятельства. Ей казалось, что она старается бежать изо всех сил, но практически стоит на одном и том же месте. В телефонной трубке электронный голос объявил, что абонент вне зоны досягаемости. «Вот именно, – подумала девушка, – недосягаемости. Так и я. Бегу, спешу, кручусь, но всё не могу дотянуться рукой, не могу схватить за волосы крылатого Кайроса. Видно на его весах мои пороки и ошибки перевешивают мою добродетель. Он для меня в зоне недосягаемости… По крайней мере, сейчас».