Машина въехала в город. Было уже довольно темно, с обеих сторон тягучими бликами проносились долговязые столбы с зажженными фонарями, пёстрые рекламы и витрины ночных магазинов. Роман остановил машину возле двухэтажного нового здания, над вторым этажом которого горела ультрамариновая вывеска: бар-ресторан «Алекса». Рома смотрел на Александру страстным взглядом: гордость, радость, любовь, величие и по-детски наивное нетерпение слились в нём воедино. Это был взгляд победителя.
– Деточка, это всё только ради тебя. Мне одному – не надо… Как ты смотришь на то, чтобы нашу свадьбу мы сыграем здесь, в нашем собственном ресторане?
Дальше – как во сне. Они поднялись наверх. Довольно простая, но очень уютная обстановка не могла оставить равнодушной даже самого капризного буку. Стоя посреди этого дорогого заведения, называющегося её именем, Александра только сейчас вспомнила машину, на которой они сюда приехали: «Ланд Крузер тёмно-синего цвета». А ещё Рома рассказывал, что почти достроил дом… Наш дом… Через четыре месяца мы сможем туда въехать… Теперь этот ресторан… машина… Откуда столько денег? Она резко повернулась к своему новоявленному принцу и, не обращая внимания на знакомых, которые уже поспешили окружить её, бросила хлёсткий взгляд на Рому и поспешила выйти.
– У меня такое чувство, что ты меня покупаешь. Или мне просто кажется?! Рома, что-то ты не договариваешь… Я хочу слышать правду.
– Правда – это то, что я люблю тебя больше всего на свете, даже больше, чем себя! – засмеялся он.
– Но, но… Но всё это… столько денег… Я…
-–Я хочу, чтобы ты ни в чём не нуждалась. Тогда у тебя не будет повода уйти. Никогда.
– Но ведь деньги – это ещё не всё. Не всё можно купить.
-–О! Ты сейчас точная копия своей мамы!.. Всё правильно. Но, деточка, чувства у нас уже есть, не правда ли? А деньги не помешают. Теперь мы можем жить долго и счастливо и умереть в один день,– Роман расплылся в своей шикарной улыбке, выставив напоказ белые, выстроенные в идеальный ряд зубы.
…Эта улыбка застыла перед глазами Саши. Вдруг громкий и раскатистый звук испугал ее – и улыбающееся лицо тут же исчезло. Девушка открыла глаза. Ночь. Она одна в этой тесной прокуренной комнате. За окном льёт дождь, наводит страх гром и время от времени зажигается молния. Саша встала, туго укуталась, как в кокон бабочка, в ватное одеяло и подошла к тёмному окну. Опять пусто, только к привычной декорации добавился одинокий фонарь, который жалобно попискивая, качался на ветру. « Дождь, фонарь, ночь…», - прошептала она. Да, она помнила одну из ночей, как сейчас. Они тогда возвращались со свадьбы друзей. Лил ужасный дождь. Они поставили машину на стоянку и, не дожидаясь конца ливня, побежали домой. Саша сняла туфли и, босая. неслась по зеркальным лужам. Её белая, тонкая кофточка совсем промокла и аккуратно прилипла к упругой груди. Соски от прохладного ветра собрались в два розовых тугих пучка и призывно выделялись под мокрой тканью. Пробежав полпути, они остановились возле старых гаражей, прямо под скрипящим фонарём, чтобы перевести дыхание. Роман жадно смотрел на неё своими бирюзовыми глазами. Вдруг какая-то животная необузданная сила овладела ими и они, повинуясь ей, бросились друг к другу. Как в забытьи, он хаотично покрывал горячими поцелуями её грудь и шею. Она впилась сильными пальцами в его мокрые скользкие волосы и, немного отклонившись назад, отдавала всю себя в его власть. Его руки, проникнув под бесформенную, прилипшую к её ногам юбку, часто метались от её мокрых бёдер к холодным ягодицам. Она ощущала его горячую, рвущуюся наружу, неукротимую плоть. Саша дрожащими пальцами сорвала с его брюк ремень и рванула молнию. Вдруг одним движением он сорвал с неё трусики, приподнял её на своих крепких руках и с глухим стоном одел на себя. Она почти захлёбывалась в бесконечном дожде, сбивающемся дыхании и волне судорожного удовольствия. На каждый его поцелуй её тело откликалось волнующей дрожью, и вопреки ей самой откуда-то из глубины у неё вырывался сдавленный стон, который сразу же разбивался о железные стены гаражей на несколько осколков приглушённого эха, подхватив которые тут же уносил ночной ветер. Саша резко скинула голову, пытаясь смахнуть со лба упрямые струйки воды – и мокрые слипшиеся пряди волос тут же хлестнули его по лицу. Он ещё сильнее сжал её в своих объятиях, а она обвила его своими сильными ногами и упёрлась плечами в холодную стену гаража. Они срослись в жарком глубоком поцелуе, не замедляя движения. Ритм нарастал, а сознание сливалось с бушующей природой: с дождём, с ветром, с громом и молнией. Вдруг волна захлестнувшая их начиная от того самого места, что зовётся душою, опустилась ниже живота и уже в почти сбившемся ритме взорвалась в едином и всепоглощающем оргазме…