– Не погонят, успокойся. Вон ещё Лизка пустует, и Ребекка тоже скучает. Так что не переж…, – но Берри не дала ей закончить утешительную фразу.
– Ребекка, шоу! – заорала она прямо возле девушки так, что та подпрыгнула на своём месте.
– Накаркала! Спасибо тебе, – буркнула Ребекка и нехотя пошла переодеваться.
Белла сердито взглянула на подругу:
– Как я от тебя устала… И, видимо, не только я…
Она встала и, театрально покачивая широкими бёдрами, направилась в уборную. Возле тяжёлой шторы, которая отделяла зал от коридора, она столкнулась с новоприбывшим клиентом и, развернувшись на сто восемьдесят градусов, поспешила вернуться к бару, решив отложить физиологический процесс на потом. Оглядев все пустующие муста, мужчина выбрал место возле Саши. Александра занервничала: теперь ей не отвертеться: она ближе всех, на этот раз ей просто придётся начать «свою миссию».
– Месье Рольф! Какими судьбами? Давно Вас не было. Я даже начала скучать, – лилась песней Берри.
Мужчина засмеялся:
– Да были кое-какие дела. Если бы ты знала, как я скучал, дорогая.
Всё: одежда, поведение, манера держаться, – говорили о его безграничной любви к себе. Эти льстивые слова, слащавая мимика, «элегантные» жесты резали глаз, а привычка то и дело приглаживать волосы назад нервировала. Саша искоса смотрела на пришедшего, старательно выискивая хоть что-нибудь приятное или просто интересное в его «многозначительном Я». Рольф был красив и ужасно неприятен. Было совершенно не понятно, как вообще такое может быть. Не часто можно встретить красоту, которая настолько бы раздражала. Если бы Александре кто-нибудь показал фотографию Рольфа в другое время и в другом месте, то она бы неизменно отметила его привлекательность, но сейчас оригинал сидел возле неё, и она с изумлением наблюдала, как слова, жесты, мимика и привычки могут портить человека. Но самое отвратительное было то, что он, не переставая, грыз ногти, слегка причмокивая и выплёвывая остатки на пол. Месье Рольф заказал себе разливного пива, и Берри поспешила за заказом, оставляя мужчину одного. Но клиент, видно, не собирался молчать, он сразу же обратился к сидевшей рядом «перепуганной» Саше:
– Здравствуйте, мадам. Как поживаете?
– Спасибо, нормально.
– Нормально! – удивился он. – Это не ответ. И что нужно сделать, чтобы вы могли ответить: «великолепно»?
Он говорил очень быстро, Саша абсолютно ничего не поняла и совсем растерялась:
– Извините… Я, я не говорю по-французски. Может, вы говорите по-английски? – тихим, слегка дрожащим голосом промямлила девушка.
– Я говорю на французском, немецком, итальянском и, конечно же, английском. Но сегодня я не расположен загружать себе мозги. Сегодня я отдыхаю, – похваставшись и тут же оправдавшись в плохом знании английского, Рольф с издёвкой смотрел на Сашу. Он произнёс эту фразу по-французски, но очень медленно, чеканя каждое слово, и на этот раз она его поняла. Девушка поднялась со своего места. Она хотела с радостью уступить его другой, как вдруг «хвастун» схватил её за руку:
– Куда же Вы? Я только хотел предложить ей помощь в изучении французского, а она уже убегает, – пожаловался клиент Берри и, повернувшись к Саше, указал ей на прежнее место.
– Берри, подай, пожалуйста, этой милой девушке бокал шампанского, – слащаво улыбаясь, попросил он.
– Рафик, любимый, это на тебя не похоже, – тут же обиделась патронша. – Давай уже хотя бы половинку «Помари».
– Нет, не сейчас. Я хочу угостить эту девушку именно бокалом шампанского. А потом будет видно.
Фужер с холодным шипящим напитком оказался как нельзя кстати. Саше страсть как хотелось пить, да и нервы не мешало успокоить. Она сразу же осушила почти половину бокала, но заметив, что клиент смотрит на неё с неподдельным удивлением, поспешила объяснить:
– Вы не думайте ничего плохого, пожалуйста. Просто я очень нервничаю и мне просто необходимо немного успокоиться. А это обычно помогает… я надеюсь.
На лице мужчины продолжала висеть немая маска удивления, из чего можно было предположить, что английский он всё-таки не знает. Пауза не на шутку затянулась и, если бы не Стелла, грозила перерасти в проблему:
– Она благодарит Вас и просит, чтобы Вы не думали о ней плохо. Это её первый рабочий день. А Вы же понимаете – это не просто.