– Ты куда? Берри дала понять, что нам нужно подойти. Он хорошо платит. Кстати, ты знаешь, какие эти «пейзаны» богатые?
– Что сразу двоим нужно идти? Сама не справишься? – игнорируя последнюю фразу коллеги, спросила Саша.
– Она показала на нас обеих.
– Иди одна. Я не смогу. От него сильно воняет. Я не выдержу.
– Тебе же не трахаться с ним! Пойдём. А то Берри после парочки извращенцев ещё злиться на нас. С ней лучше не сориться.
– Надеюсь, что он сегодня не в духе и не захочет с нами разговаривать, – уже возле клиента шепнула Саша.
Они уселись по обе стороны от клиента и расплылись в деланных улыбках. Тут же нарисовалась и Берри. «Пейзан» удивлённо поднял брови, посмотрел на девушек и тут же распорядился принести выпивку в виде двух бокалов шампанского. Ребекка то и дело корчила за спиною у клиента разные рожи и очень смешила Сашу. Мужчина же не совсем понимал, почему девушка, сидящая по левую руку, постоянно хихикает без причины, и искоса наблюдал за ней. Но по большому счёту ему было глубоко всё равно, кто возле него сидит. Лоран, так его звали, всё время разговаривал с хозяйкой, ограничив своё внимание на рядом сидящих девушках и постоянно обновляющихся бокалах с шампанским. Скорее всего, он заказал выпивку, чтобы его не доставали просьбами о ней. Тактично! Не произнося ни слова, а только слушая душевные излияния Лорана на тему сельского хозяйства и крупного рогатого скота, девушки явно скучали, потихоньку напиваясь. Только золотистая жидкость в бокалах заканчивалась, как клиент размашистым жестом давал знать Берри, чтобы она повторила. И так повторялось и третий, и четвёртый, и пятый разы. Дозы увеличивались, а положение вещей не менялось. Лоран по-прежнему мило болтал с Берри, продолжая игнорировать девушек. На пятом бокале Ребекка расхрабрилась и пересела к Саше. Теперь их положения уравнялись: они, так же как и он, его игнорировали, попивая купленное им шампанское. Лоран поставил девушкам ещё по бокалу, попрощался с Берри и удалился. Его запах ещё долго витал в пространстве, видимо, он успел въесться в стул, на котором сидел Лоран.
Мачо
Время шло очень медленно. В кабаре почти никого не было, не считая одного старикашки, сидевшего с одной из румынок на диване и попивавшего виски. Все остальные девчонки расселись по краям бара и скучали. Даже Инга, которая всегда была востребована, сегодня смирно сидела по соседству с другими. Бери, наколотив уже четвёртый за вечер стакан с джин-тоником, начинала играть скулами. Это был первый признак того, что она нервничает. Вторым признаком являлась ходьба взад-вперёд , но сейчас патронша стояла, подперев правой ногой стенку, и медленно поглощала свой напиток. «Значит, она пока не на пределе», – думала Саша, незаметно наблюдая за хозяйкой. Вдруг лицо Берри расплылось в самой, что ни на есть, лучезарной улыбке, которой Александра, да и все другие, никогда ещё не видели. Она поставила стакан на стол и, широко раскрыв руки, поспешила навстречу только что вошедшим трём парням, вернее, одному из них. Они традиционно чмокнулись три раза, обнялись и подошли к бару. Предмету её радости на вид было не больше тридцати пяти. Невысокого роста, типично итальянской внешности в стиле мачо (с соответствующей этому стилю одеждой и аксессуарами) он, казалось, не мог сложить себе цены. На нём была рубашка тёмно-синего цвета в тонкую белую полоску с заострённым, поднятым кверху воротничком, узкие джинсы и кожаный чёрный пиджак, прошитый чёрной строчкой. Рубашка на груди была вызывающе глубоко расстегнута, из неё выбивались густые чёрные волосы и золотая массивная цепь с кулоном в виде миниатюрной карты Сицилии. Когда он курил, то характерно отставлял в сторону мизинец, на котором поблёскивала золотая квадратная печатка. Чёрные, густо смазанные гелем волосы, почти доставали до плеч, тем самым довершая полную картину «змея-искусителя». «Хорошенький! Одни глаза чего стоят!», – услышала Саша за спиной восхищённый шепот Стеллы, и ещё раз взглянула на «хорошенького». Глаза тёмно-синего цвета, густо обрамлённые длинными, чёрными ресницами, и в правду были великолепны, но их выражение, наглое и слегка насмешливое, отталкивало и даже внушало какую-то неприязнь. Во всяком случае, так показалось Саше. Стелла же думала иначе. «Мачо» слушал болтовню Берри невнимательно, но для приличия кивал изредка головой и бесцеремонно оглядывал каждую из девушек. Как только патронша умолкла, он насмешливым тоном поинтересовался: