Инга поднялась и, ничего не говоря, пошла к себе в комнату. Вскоре она вернулась с двумя книгами в руках. Одна была толстая и старая. Это был самоучитель французского языка. Другая же, значительно тоньше, оказалась разговорником.
– На, – она протянула их Саше. – Это тебе. Мне всё равно уже не пригодятся. Это мой последний месяц. Да и дома у меня куча разных учебников. Главное, не стесняйся говорить. Пусть с кучей ошибок, пусть с акцентом, но говори. Кстати, акцент только придаёт шарм, так что он на нашей стороне. Говорить – значит учиться. Тебя будут поправлять, подсказывать, а некоторые клиенты даже пытаться учить. Я через это проходила, так что знаю, что говорю. Прими эту помощь. Вот тебе и ролевая игра. Неопытная ученица. Увидишь, войдёшь во вкус. Потом даже понравится. Попробуй найти удовольствие в перевоплощении. И плюс ко всему, на этом можно заработать деньги. В жизни имеет смысл только то, что мы делаем с удовольствием. Но не всегда выпадает такая удача. Потому нужно постараться вжиться в роль и, всем чертям на зло, получить удовольствие. Помнишь, как в анекдоте: если вас насилуют, самое правильное расслабиться и попытаться получить удовольствие. Понимаю, мерзкая шутка, но всё же доля здравого смысла в ней присутствует… Знаешь, Сашка, всё у тебя получится. Клиенты любят новеньких. А ты умная девочка. И что-то мне подсказывает, что женское начало в тебе очень развито. Ты женственная. Это твой главный козырь.
– Прекрати, а то ты меня в краску вгоняешь.
– Не надо стесняться… Это лишнее. Вообще привыкай не стесняться и не просить прощения. Это здесь ни к чему. Так… что-то много лирических отклонений. По-моему, меня немного унесло от главного. Третье правило. Выявить в мужчине его сущность. В этом тебе и поможет твоё женское начало. Твоя женская интуиция. Я позволю себе вернуться к притче о старом дереве, но как бы вывернуть её наизнанку. Так вот. Ты должна постараться стать таким деревом. Научиться угадывать, что в голове у клиента. Кого он хочет видеть в тебе.
– Как это? Ты меня совсем запутала. Я же не экстрасенс и не медиум, – Саша растерянно смотрела на Ингу.
– Всё просто. В кабаре приходят разные мужчины. Все они будут смотреть на тебя в принципе с одной целью, но по-разному. И твоя задача разгадать это «разное». Для этого нужно всего лишь внимательно слушать, наблюдать и проявлять неподдельный интерес. Если тебе удастся научиться распознавать мужские фантазмы, то, поверь мне, ноги тебе придётся раздвигать намного реже, а денег получать больше. Это не каждой под силу. Многие девушки предпочитают физический труд умственному. Но ты к ним не относишься. Я в таких вещах не ошибаюсь.
– Почему ты так решила? Ты ведь меня совсем не знаешь!
– Я тебя не знаю?! – засмеялась Инга, – как саму себя! А себя я знаю хорошо. Уже одно то, что ты оказалась здесь, говорит о твоей жажде к жизни, к хорошей жизни… И о твоём тщеславии. Что может женщину заставить всё бросить, приехать в чужую страну, отказаться от половины своих принципов и делать то, что по сути она всегда призирала? – Инга испытывающее смотрела на Сашу.
– Бедность, безысходность… Я не знаю, разные причины могут быть. У каждого свои.
– Перестань! Неужели ты реально так думаешь? Не поверю никогда. Это как раз то, о чём я говорила в самом начале. Стыдно признаваться себе в своём «душевном» уродстве. Со мной можешь не прикидываться, я никому не скажу… То, что ты называешь, это всё прямые причины. А косвенные? Ведь они-то и есть самые, что ни на есть, главные. Можно найти тысячи высоконравственных отговорок, но суть от этого не меняется. – Инга говорила громко и нервно, не давая Саше вставить и слава. – Ведь есть люди, которые будут умирать от голода, но никогда и ни за что не пойдут на панель. Согласна, таких не много, но они есть! Это те люди, которые напрочь лишены тщеславия. Они не нуждаются ни в величии, ни в славе, ни в наградах. Они не переносят «фрим» и не стремятся к острым ощущениям. Они довольствуются тем, что имеют. Ну, а если их мир в один день начинает рушиться, то такие люди эту неприятность принимают как должное и неизбежное, как «кару небесную». И поверь мне, эти люди будут маяться, голодать, прозябать, но мысль о лёгких деньгах их даже не посетит.