Меня зовут Лиза
Попробуйте прислушаться к своему телу.
Не исключено, что вы узнаете о себе что-то
новое.
Красное платье, подкрученные локоны, макияж ярче обычного и тёмно-красный маникюр бросали вызов прошлому унынию и эффектно вписывались в новый образ Саши.
– У тебя сегодня день рождения? – Стелла с интересом поглядывала на Сашу.
– Можно и так сказать. День рождения Лизы, так ведь меня теперь зовут.
– И как прикажешь это понимать?
– Да как хочешь, так и понимай, – отрезала Лиза.
Стелла остолбенела от дерзости, но, не найдя достойного ответа, недовольно махнула рукой в сторону девушки и удалилась в раздевалку.
Время бежать не хотело. Наоборот, минуты тянулись настолько медленно, что Саше стало казаться, будто бы она смотрит замедленную киносъемку. К одиннадцати стали подтягиваться посетители. Девушка разглядывала каждого очень внимательно, ища что-то особенное, что-то, что могло бы заинтересовать, притянуть, привлечь и позволило бы ей сделать задуманный шаг «навстречу». Она явственно ощущала в себе этот озорной огонёк, дело было за малым – чиркнуть спичкой, чтобы появилось пламя.
…И оно появилось. В полдвенадцатого тяжёлые партеры прокуренного «Гламура» впустили плечистую, довольно осанистую фигуру мужчины. Он был в длинном чёрном пальто, которое скрывало обычный набор делового чёрного костюма в ансамбле с синей рубашкой. Мужчина не спеша подошёл к бару, снял пальто, повесил его на рядом стоящий свободный стул и заказал себе швепс. У него были красивые руки. Длинные пальцы с идеальными фалангами скрестились перед лицом и упёрлись в крепкий подбородок с небольшой ямочкой. Густые волосы цвета графита с рассекающими бороздами седины были аккуратно зачесаны назад. Живые грустные карие глаза, напряженные скулы, высокий лоб, прямой, немного массивный, нос и небольшой рот, казалось, застывший в еле заметной саркастической улыбке. Всего в меру: ничего лишнего и ничего чересчур. На вид мужчине можно было бы дать лет сорок пять, сорок восемь. Лиза сидела в дальнем углу стойки, поэтому могла напрямую, беспрепятственно рассматривать клиента, но он её видеть не мог. Без сомнения, это был тот человек, который ей был нужен. И чем дольше она в него вглядывалась, тем больше ощущала, что у них есть что-то общее. К клиенту подходили девушки, но через короткое время они возвращались на свои места ни с чем.
– Скряга! Какого пришёл? Он, видите ли, хочет побыть один! Ненавижу таких! – проходя мимо Саши, Ребекка на ходу поделилась своим раздражением.
«Не ставит… Хотя странно, у него на лбу написано, что ему нужен секс. Нет, что-то большее… Настоящий секс, а не это театральное представление. Ладно. Что там Инга говорила … Проанализировать его поведение, всмотреться в лицо, проникнуть в его шкуру. Тут в своей не сладко, не то что в чужой. Хи… А ведь он смотрит на девушек. Украдкой, но смотрит. Можно сказать даже, что оценивающе смотрит. С каждой подошедшей он говорил не более пяти минут. Что же его не устроило? Если бы он хотел только секс, быстрый, «коммерческий», то любая из этих девушек ему могла бы подойти. Но нет, он не идёт ни с кем. Вопрос денег можно тоже сразу же отклонить. Богато одетый, чистая дорогая обувь, холёный и с хорошими манерами. Нет, дело здесь не в деньгах и даже не в их количестве. Он заплатит, без сомнения, но только тогда, когда найдёт ту, которая ему подойдёт. Что же он ищет? Какая ему нужна? Дело не в цвете, росте, красоте, потому что все те, которые разговаривали с ним, разных мастей, можно было бы давно определиться. Значит, ему нужно что-то необыкновенное. Что же? Какое дерево он ищет? Да, Инга совсем мне голову заморочила со своей философией».