– О чём ты задумалась? – Андре легко дотронулся до её плеча. Их взгляды встретились и впились друг в друга.
– О тебе, – прошептала Лиза.
Он медленно наклонился к ней, и терпко-сладкий аромат её духов скользнул в его сознание, рассеяв последние «может». Мужчина прильнул к её губам. Девушка, не отрывая от него широко раскрытых глаз, слегка отстранилась и облизала губы, на которых от его поцелуя осталась сладкая влага. Думая, что поспешил, он хотел уже было извиниться, но она одним рывком оказалась сверху на нём, обвила его шею руками и, так и не дав ему сказать, закрыла рот поцелуем… Куда-то делись и стыд, и растерянность, и мораль. Всё вокруг поплыло, закружилось, накрыло с головой и выплеснуло на берега страстного, животного влечения. Стало вдруг неважным, где и почему. Она полностью отдалась во власть этого нового ощущения, впервые предоставив телу руководить разумом и сердцем. Чужие прикосновения, чужие губы, чужое дыхание, чужое желание. Бретели сползли с плеч, и он прильнул к влажной, искрящейся в свете свечи, дорожке, которая пряталась в манящей ложбинке между грудьми. Горячая дрожь, влажные хаотичные прикосновения, жгучие следы от его щеки на шее, на плечах, на животе. Как в лихорадочном бреду, её руки метались у него на ширинке, тянули, дёргали, рвали. Странно, но в этой горячке, правда, всего лишь на считанные секунды, к ней возвращалась способность мыслить, хотя выражалась она как-то неестественно, даже комически. Обрывки такого сознания в виде «какой-то дурацкий пояс, как же он у него расстегивается?!» или « что же так скрипит диван?» или « только бы не заметил моего синяка на бедре» отрезвляли и отвлекали её. Она хваталась за них, как за спасительную соломинку, но его неудержимые руки тут же возвращали её туда, где с разумом сладить было не просто. В одно мгновение ей стало немного не по себе от того, что она может забыться совсем, поэтому она резким движением остановила Андре, торопливо нашарила на полу свою сумочку, извлекла презерватив и, не обращая внимания на слегка остывшего и потухшего клиента, пристроила его куда надо. Хотя мужчине вряд ли было это надо, но он стойко выстоял этот момент и, когда она снова поцеловала его, позабыл обо всём на свете. Вспомнил Андре, где он и почему, через минут пятнадцать. Они лежали притихшие и растерзанные на диване и боялись пошевелиться. Их руки и ноги были сплетены, впрочем, как и их мысли. Последних было невероятно много, хотя смысла в них было мало. Они клубились, путались, дразнили, ласкали и упрекали, но всё же из всего этого коктейля ощущалось одно ясно выраженное – удовлетворение. Он погладил её волосы, которые небрежно расплескались у него на груди.
– Спасибо…
– …И тебе… спасибо…
– Мне давно так не было… Так хорошо не было… Ты знаешь, а я женат, – после небольшой паузы почему-то добавил он.
– Я знаю, у тебя кольцо.
– Да, у меня кольцо… – задумчиво, по слогам протянул он.
– Ты хочешь мне рассказать?
– Я не знаю, тебе или … себе… Нет, у меня всё хорошо. У меня есть всё. Всё… Всё, что нужно для жизни…для хорошей жизни, а вот жизни как бы и нет. Вернее, она есть, только… Ладно, прости, зря я это…
– Нет, не зря, – резко оборвала она его, – рассказывай… или мне, ну, или себе… рассказывай.
– Да, в принципе нечего рассказывать. У меня хорошая, красивая жена, прекрасные дети… мальчик и девочка. Хотя уже и не дети, а взрослые люди, самостоятельные, живут отдельно от нас. У жены любимая работа, она дизайнер. У меня тоже… Рестораны, общие интересы, отпуск… Всё хо-ро-шо… Только мы больше не спим. Вернее спим, но очень редко, совсем… Ей, как она говорит, это уже не нужно. Ей не доставляет это удовольствие… Может, это я ей перестал его доставлять? Я не знаю… Сначала я думал, что у неё кто-то появился. Но потом убедился, что нет. Я уверен, что нет…
– А вы пробовали обращаться к психологу? – осторожно спросила Лиза.
– Нет. А зачем?
– Ну, – начала было девушка.
– Нет, я абсолютно уверен, что люди сами должны развязывать такие узлы.
– А если не получается? Если узел слишком запутанный?