Я машинально стала прокручивать в голове, какую первую медицинскую помощь можно оказать, но ничего кроме, как не тревожить и вызвать скорую в голову, как назло, не приходило.
Уже несколько мгновений я, стоя на коленях наполовину просунувшись под машину, пыталась рассмотреть кто этот «счастливчик» — из чёрной, непонятной кучи на меня опасливо смотрели круглые собачьи глаза с блестящими в тусклом свете белками, грудь у пса быстро вздымалась и опускалась, из пасти то и дело вырывался рык вперемежку со стонами.
Время терять не хотелось на лишние размышления: быстро прикинув расположение ближайшей ветклиники, которая находилась мне по пути, решила отвезти собаку туда. Не врачей же вызывать, в конце концов? Засмеют — в нашей стране без полиса не обойтись! Вспомнились слова Матроскина: «Усы, лапы и хвост — вот мои документы!» Вот и предъявлю ветеринару лично.
— Ну, ну, малыш не ругайся, тётя Наташа тебе поможет. Не рычи, кому говорят.
Почти не касаясь шкуры, я медленно ощупывала бедняжку, лишь на задней лапе почувствовала что — то липкое и пёс рычанием дал понять, что её лучше не трогать. Ошейника я так же не обнаружила. Бродячий, видимо.
Аккуратно, стараясь, лишний раз не тревожить положение тела, подняла его на руки. На самом деле, я очень боялась, что получу заслуженный укус и держала голову максимально далеко от собачьей пасти. Всегда считала себя кошатницей, хоть и животных никогда не держала, но если бы надумала кого-нибуть окунуть в свою заботу то это был бы кот — рыжий.
Песик оказался весьма увесистым — еле подняла.
— Нет. Ты не пёс, ты медведь какой-то, — бурчала я, на ни в чем не виннового песика.
Шатаясь под тяжестью пострадавшего, весел он навскидку килограмм сорок, еле донесла, а потом уложила на заднее сиденье. С хрустом разогнула спину и вздохнула с облегчением. Пёс вёл себя достойно, лишь изредка порыкивал, чем изрядно меня пугал. По сути, не столько он порыкивал, сколько я пугалась.
— Ну, все, герой, трогаем. Поедем лечиться к Айболиту, — отряхнула руки от пыли, которой была полностью покрыта черная шкура и села, бормоча утешения, за руль.
У меня, с некоторых пор, после длительного существования в одиночестве, без близких отношений, сформировалась привычка общаться с человеком, который всегда меня понимает и поддерживает, то есть с собой. Сама заметила, однажды, во время приготовления блинов рассказывала рецепт — вслух, кому-то. И как бы не пыталась исправить эту, скажем так, не совсем приятную привычку, все рано возвращалась к ней или она возвращалась ко мне. Теперь же сев за руль и тронувшись с места происшествия, я могу бурчать сколько душе угодно, а что? Я с собакой общаюсь и поддерживаю живое существо в трудную минуту. Мой друг Женька на это говорит так: — «Почему бы не поговорить с умным человеком!» или «О!!! Подруга, тебе ещё тридцати нет, а что будет в старости. Бедный твой муж!" С Женьком мы дружили ещё в детстве, потом, правда, какое-то время не общались, но в итоге судьба нас вновь свела и воскресила прежнюю дружбу. В тяжёлые минуты моей жизни он был рядом, помогал, скрашивая своей светлой душой мои темные мысли и раскрашивал цветными впечатлениями будни. Я же будучи творческим, замкнутым в своём внутреннем мире человеком, не особо иду на контакты с людьми, подпуская в свое личное пространство только проверенных временем. А время, никого не жалеет, постепенно все лучшие подруги, клявшиеся в вечной дружбе, куда-то делись. Сколько их было? Много. Остался только Женек. Мой верный друг. За это я его и люблю, почти, как брата. Что-то он мне давненько не звонил.
Я устало потерло лицо ладонью, не заботясь об остатках макияжа — слишком устала, а макияж просто стал раздражать и вызывать зуд. Умыться бы. Пес на заднем сиденье лежал тихо, лишь иногда я слышала небольшое шуршание об кожаную обивку.
Такое чувство, что этот сумасшедший день никогда не закончится.
В таких раздумьях я довольно успешно миновала лабиринт частного сектора, лишь еще раз наткнулась на неминуемый тупик, но в итоге все равно нашла выход из него.
Это настоящий закон подлости! Главное, когда я пыталась проехать знакомыми путями натыкалась на перекрытые переулки, а когда, наплевав на все, поехала наобум — нашла выход.
Небольшая клиника для животных была расположена в последнем одноэтажном доме на выезде и, самое главное, там был нужный мне врач, если судить по вывеске. Сейчас начало десятого, а работает клиника до 10–30. Интересно, для людей не всегда такая роскошь, а тут животные.
Недолго думая, сняла дырявые чулки, натянула уже ненавистные мне туфли и пошла, вытаскивать пса из машины.