сами были реальными участниками тех явлений и инцидентов, которые они в дальнейшем описали, как фантастический роман, повесть или рассказ. Не надо думать, что я слишком наивен и глуп, раз утверждаю так. Я всегда хотел, так же как и они, эти писатели или вернее будет сказать летописцы, стать свидетелем, лучше участником такого прецедента. Существует одна старая японская поговорка " Бойся своих желаний, ибо они могут сбыться". И вот неожиданно моё желание сбылось, благодаря моим друзьям Шэру и Алишу. И всё же, одно дело мечтать, а другое суровые реалии, и когда Алиш рассказал мне произошедшее с ним, я оказался не готов принять его историю, как правду. Я убеждал себя в том, что мой друг не будет мне врать о таком, что он открыл портал в другой мир. Сказочный мир. И всё же, скорее дед Назир открыл это чудо. Ещё вернее сказать, это он построил его, когда взялся мастерить эти самые качели. Я хотел убедиться сам, и лично попробовать на вкус это чудо, стать свидетелем такого грандиозного события. Я старался сдерживать свой порыв, но восторг переполнял меня и я рвался вперёд к этому чуду. Мне стоило больших трудов уговорить Алиша на повторное проникновение в портал. А это по моим скромным суждениям и был настоящий портал. У моего друга был шок и я понял, что это был страх, перед неизведанным. Но настоящие исследователи, никогда не пасовали перед трудностями и страхом, как тот, же самый Жюль Верн. Это его слова: " Придёт время, когда наука опередит фантазию". Может, настало время испытать себя и стать одним из первых. Каково же было моё удивление, и с той же силой была и радость, что мы оказались не в какой - то банальной сказке с драконами и феями, что больше подходит по духу и фантазиям моего друга Алиша. Мы оказались в том месте, где по сути, я мечтал побывать, посетить и если можно изучить. Викторианский Лондон, вторая половина девятнадцатого века. Золотая эпоха Британии. Я конечно осуждаю колониальные аппетиты английской короны, но в то время, когда только наступал технологический прогресс, Англия была центром тех самых прогрессивных событий. Я даже не говорю о творческом росте. Одним словом я и мой друг неожиданно очутились именно там, где я и хотел. Случайность, которая произошла в тот вечер, заставила меня напугаться не на шутку. Поставив ногу на черепичную крышу, я чуть было не потерял равновесие и упал бы, если бы, не вовремя поданная рука сухопарого старичка в ночной шапке. Им оказался достопочтенный мистер Баррингтон, с которым я позже познакомился. Он оказался человеком добрым и весьма образованным. Меня пробил мороз, пока я торчал на крыше, ожидая, что Алиш вот - вот вернётся за мной. Но простояв около часа, я понял, что наверное что - то случилось и вот тогда я испугался не на шутку. Всё это время, со мной на крыше, составлял мне компанию и мистер Баррингтон. Мы пообщались, насколько это было возможным для меня. Так как в плане образования, я был далеко позади. Я знал три языка. Свой родной узбекский, русский и английский, хотя с последним, я владел на уровне чайника. Но всё равно мы с Баррингтоном умудрились наладить общение. Мистер Джон Баррингтон когда то занимался юриспруденцией в адвокатской фирме, но в данный момент довольствовался посмертной пенсией выдаваемой английской короной за службу сына, который погиб в Индии. Мистер Баррингтон знал шесть языков, среди которых был и тюркский язык, схожий по произношению с таджикским и турецким языком. Видя, что я замёрз, он предложил подождать Алиша в доме. Пробравшись в дом, мистер Баррингтон достал мне из своего шкафа кое какие вещи. Бархатный кафтан был мне великоват, а вот штаны странного покроя, оказались мне в пору. Я сразу решил спросить, почему он не удивился нашему появлению в портале на крыше. На что я получил от мистера Баррингтона шокирующий ответ. Оказывается, мы не первые здесь на крыше появившиеся путники. До нашего пришествия, здесь побывал ещё один путешественник. Я вдруг подумал о Шэре и дедушке Назире, но старик описал путешественника молодым азиатом лет тридцати - сорока, отлично владеющим английским языком и помимо английского, он знал ещё семь языков. Я был подавлен. Кругом одни монстры - полиглоты. Вот что значит быть образованным по - настоящему. По описанию этого путешественника, мистером Баррингтоном, я понял, что он наш земляк. Прибыл он на крышу к старому англичанину год назад в очень плохом состоянии. У него было пулевое ранение. По дальнейшему рассказу мистера Баррингтона, одет он был по моде. То есть как тогда в девятнадцатом веке. Статный, высокий и волевой. Я всё гадал про себя, кто же он был, этот путешественник? Значит, до нас, год назад, получается он влез на качели? Что за ерунда получается? Качели, дед Назир построил от силы месяцев пять назад. Полгода назад, качелей и в помине не было. Тогда откуда он? Как он появился в этом портале? Пока я размышлял своим тринадцатилетним мозгом над этим, мистер Баррингтон пригласил меня отужинать, чему я был несказанно рад. Я совсем забыл, что я голоден. Самому стало смешно. Не секрет и это все знают, поесть я люблю. У старика был большой дом, состоящий из семи комнат и большим залом. Помимо этого, была кухня, столовая, и верхний этаж с мезонином с одной стороны и слуховым окном с другой. Баррингтон проживал в этом огромном доме с глуховатой старой служанкой и кучером, который по совместительству был сторожем и лакеем. Жена Баррингтона умерла давно. Во второй раз старик так и не женился. А после бессмысленных, захватнических воин, потерял и сына. Он себя считал хранителем портала, её стражем. Так велел ему Алихан Саидумарзаде. Так звали того путешественника. И по словам Барриннтона, тот был учёным человеком. Отлежавшись у старика с месяц, Алихан поправился от ран и перед уходом отблагодарил Баррингтона, дав ему небольшой слиток золота и велел в тайне держать проход и охранять его по мере сил. Алихан сказал, что в его поисках могут нагрянуть люди с оружием. И тогда он должен будет дать весточку ему. Но каково было удивление Баррингтона, увидев вместо вооружённой толпы, парочку детишек.