— Тётя Хадича, вы правы о том, что мы поступили необдуманно. Но ради вашего доверия и дальнейшего понимания, мы и решились рассказать, собрав вас всех здесь. Я чуточку понял принцип работы этого разрыва и догадываюсь, где сейчас может быть Шэр. Единственное, что я прошу у вас, это дать нам шанс вытащить Шэра и деда Назира из другого измерения и это мы сможем сделать. Вернее, я смогу. — вмешался, до этого тихо сидевший, Алиш.
— Никаких больше качелей и этих проклятых разрывов! А если бы ты, пропал как Шэр? Ты подумал о нас с папой? — неожиданно взорвалась тётя Замира. Молчавшая до этих пор, она вроде начала понимать всю серьёзность ситуации. Будучи простой женщиной с прямым и непосредственным взглядом на жизненные ситуации, она терпеливо и настойчиво преодолевала все трудности и преграды на своём пути. Никогда не верившая в чудеса, а надеясь лишь на свои силы, она проработала после окончания колледжа, обычным бухгалтером в маленькой конторе. Став матерью двоих сыновей, Замира воспитывала детей, пытаясь привить у них чувство ответственности и долга перед окружающими. Старшего сына Алиша, она всегда считала опорой в семье и верила в правильность его решений. Но сейчас её уверенность в поступках сына пошатнулась. Вчерашнее происшествие и подвёрнутая нога сына, долгое и невнятное объяснение Фазилат о волшебных качелях, которые могут перемещать людей в другие миры, не смогли впечатлить её, в противовес тому, что недавно сказала Хадича Джаббаровна, раскрыв все ужасающие последствия от этих качелей.
— Всё нормально, мама. Не нужно так переживать. Я знал, что всё будет хорошо. — Алиш пытался успокоить маму, но тётя Замира не хотела успокаиваться:
— Ты подвёл меня, Алиш. Я не знаю, как теперь тебе доверять. — повернувшись к мужу, она сказала:
— Шавкат Ака, почему вы молчите? Скажите, хоть что нибудь? Это ваш сын, всё - таки!
Дядя Шавкат был из той породы мужчин, которые на сотню вопросов, могут ответить лишь одним взвешенным словом. Хоть он и был молчаливым и порой угрюмым, его внешнее спокойствие говорило больше о мудрости, чем о безразличии. И это качество в нём очень ценили. «Молчание – золото», это было именно о нём.
— Успокойся, Замира. Я верю в Алиша. Раз он решил ради друга пойти на такие риски, это поступок мужчины. А насчёт опасности, я готов помочь ему и сам лично проверю эти качели. Но знаю одно, если есть хоть один шанс на спасение Шэра и деда Назира, его нельзя упускать. — спокойно ответил дядя Шавкат и посмотрев на друга, уже обратился к нему:
— А ты что думаешь, Анвар? Может малыши дело говорят?
До сих пор сидевшие в молчании супруги, вздрогнули и оживились. Фазилат и Анвар были погружены в свои мысли и невольно думали об одном и том же. С одной стороны была хоть и призрачная, но надежда на спасение близких, но с другой стороны, наивно было полагаться на тринадцатилетних подростков, с их сказочными и нереальными планами спасения. Они не хотели никого подвергать опасности, и Анвар про себя уже решил, что вскоре сам попробует встать на эти качели и проверить гипотезу Алиша. Спасти своих близких, это был непосредственно его долг. В случае провала, никто не будет виновен и никаких обид со стороны. Хаотичные мысли Анвара, прервал Шавкат, вытащив того из мысленного океана в который тот глубоко погрузился.
— Спасибо вам детишки, за понимание и за помощь. И вам спасибо, друзья. Но я уже всё решил. Я сам попытаюсь спасти и Шэра и отца. И если в этом деле мне помогут эти качели, значит я попробую прокатиться на них. — сказал твёрдо Анвар и рядом вдруг беззвучно заплакала Фазилат.
— Это очень опасно, Анваржон! Это я говорю вам, как физик! Это космическая аномалия! А аномалии всегда непредсказуемы! Мы должны обратиться к специалистам! — выпалила Хадича Джаббаровна. Все вокруг неожиданно и одновременно начали высказывать опасения и поднялся гвалт, который внезапно был прерван звонком мобильного телефона в руках Сурайё. Всё собрание сидевшая в сторонке, она вдруг оживилась, и высоко подняв телефон, с радостным возгласом сказала:
— Это дедушка! Тётя Фазилат, можно мне открыть калитку?
Фазилат выйдя из ступора и смотря, как срывается с места девочка, протёрла заплаканные глаза и быстро ответила:
— Конечно, доченька, иди и открой.
Все собравшиеся на миг успокоились и сели по своим местам, ожидая нового участника дебатов. Дед Махмуд в махалле считался одиозной фигурой. К его мнению прислушивались, и советоваться с ним по важным вопросам, приезжал даже местный депутат.
Послышались шаги, и еле уловимый говор, а через миг в гостиную вошёл дед Махмуд с внучкой, которая крепко держала его за руку. Войдя, он с улыбкой поприветствовал присутствующих: