- Противоречия – это самое интересное. Что внутри самого человека, что между людьми.
- Ты решил уже, встретятся они или нет?
- А ты как думаешь?
- Я думаю, что встретятся; это было бы справедливо для девочки. Она ведь искала.
- И я думаю, что они встретятся, как раз потому, что он её не искал – случай укажет ему на правильность его интуиции.
- А девочка укажет ему на её ошибочность.
- Каким образом?
- Они расстанутся.
- Почему ты так думаешь?
- Потому, что они слишком разные. Она искала, и будет считать, что их встреча её заслуга, результат её усилий. Она будет ждать от него признания этих усилий, а он – эгоист. Ему не надо ничего делать; судьба ему, видите ли, сама всё принесёт на блюдечке. И когда он ей об этом скажет, они расстанутся.
- Он обесценит её усилия и её переживания, - задумчиво сказал Егор, - ты права; они не смогут быть в месте. Их встреча ничего им не даст. Они не нужны друг другу, и поэтому эта встреча была им не нужна. Ты молодец.
- А мы друг другу были нужны, - не спрашивая, а утверждая сказала Таня, прыгая к Егору на диван. – вот- смотри! – и она сунула ему в руки свой альбом.
На рисунке девочка в голубом платье нерешительно замерла перед большой лужей. Она поджала одну ногу; то ли от того, что уже намочила её, то ли прикидывая сможет ли перепрыгнуть через лужу. А с другой стороны этой водной преграды на неё смотрел юноша с большим зонтом в руках.
- Смотри дальше, - велела Таня, и Егор, послушно пролистнув страницу увидел посередине листа, среди небольших набросков по краям, как тот же юноша растеряно смотрит вслед той же девушке, уходящей от него по аллее.
- Я знала, что они расстанутся, - победно сказала Таня, – я чувствовала это.
- И кто из нас хитрюга? – шутливо толкнул Егор довольно улыбающуюся художницу, – Ты показала мне рисунок, и теперь эта картина будет стоять у меня перед глазами. И я, конечно же, теперь напишу всё так, как ты сказала.
- Если смогу, конечно, - помолчав добавил он. – Это не всегда у меня получается.
- Ты сможешь, - уверена сказала Таня, - если что – зови – помогу, - и она рассмеялась. Егор невольно улыбнулся в ответ и слегка обнял своего неожиданного соавтора.
Таня, повернувшись, облокотилась на друга спиной и сказала, глядя в потолок:
- Егор, а ты сам веришь в силу случая? Или всё-таки в его «неслучайность»? Мне вот больше нравится история про Ньютона и яблоко. Т.е. когда человек сам ищет свой случай. Словно грибы в лесу. Каждый гриб попадется случайно, но его ищут. Узнают грибные места, подгадывают погоду. Правильно одеваются, и вот тогда уже «случайно» натыкаются на целую полянку с белыми грибами. Все говорят «повезло», но это не одно лишь везение, правда ведь?
- Ты всё думаешь про то, как мы встретились? – догадался Егор.
Таня кивнула;
- Я не могу не думать об этом. Я не верю в «чистый» случай, но он так точно, можно сказать, ювелирно свёл нас. И меня, и твою маму, и всё остальное. Словно это тоже кто-то написал такой рассказ, и все мы лишь его персонажи, чью судьбу сейчас решает неведомый автор. И мне немного страшновато от этого. Вдруг этот кто-то решит всё переиграть; мы расстанемся или вообще не встретимся. Или ты не позовёшь меня, или я не попрошусь.
-Таня, Таня, милая, ну что ты! - Егор нашёл руку подруги, и Таня, запрокинув голову, прижалась щекой к его лицу, – Никто нас не «расстанет» и не разлучит. Мы уже встретились и этого не под силу изменить никому. Да я и не дам никому этого сделать. Ты теперь здесь и только здесь. Мы сами всё в нашей жизни решили, а не кто-то. Сами.
- Ага, вот ты и попался, - Таня подскочила, и, развернувшись лицом к Егору, уселась на колени. Она улыбалась, хотя глаза её подозрительного блестели.
- То ты говоришь «сами», то ты говоришь «случай». Так как бы нам определиться? Совсем бедной девочке мозги запудрил.
Егор немного подумал, собираясь с мыслями, и ответил так:
- Знаешь, я довольно много думал об этом. Собственно, потому и решил написать такой рассказ. Исследовать этот вопрос через какую-то историю. Я так думаю, что есть как бы два мира; мир наш внутренний – это наши мысли, наши чувства, наши фантазии. Каждый там сам хозяин в этом мире и сам решает, кого туда пускать, кого нет, и как его обустроить. И в любой момент может спрятаться в нём. Иногда человеку в этом внутреннем мире настолько комфортнее или привычнее, что он совершенно не хочет выходить из него.
- Как ты?
- Да, как я. Как я раньше.
- И кто тебя вытащил?
- Ты, ты меня вытащила, за что я тебя люблю, целую, ценю, обнимаю и никому не отдам. Не сбивай с мысли.