— Не поймите меня превратно, но прежде, чем дать окончательный ответ на ваше предложение, мы должны убедиться в полной правдивости ваших слов, — кайзер перешел к давно ожидаемой мной кульминации.
— Никаких проблем, на кону судьбы сотен миллионов людей и десятков государств, здесь уместны любые сомнения, — демонстрирую абсолютную уверенность в себе.
— Тогда не буду тянуть, — набрался решимости Вильгельм Габсбург, — Вы должны понимать, что за эти дни моя разведка, агенты влияния и прочие заинтересованные стороны пытались проверить истинность ваших намерений. Забегая вперед, скажу, что результат положительный. Однако в таком опасном деле, не могу доверять случайностям и должен исключить любые риски. У нас, как у одного из Великих Домов Европы есть свои секреты, один из них сегодня будет раскрыт перед вами.
— Каким бы ни был исход дела, ваша тайна не будет раскрыта, — легко раздаю обещания, тем более те, кому надо, уже и без того все знают.
— Хорошо, у Габсбургов есть родовой артефакт, при помощи которого мы можем отличить правду от лжи, — начинает правитель Германии, — Если вы согласитесь пройти тест на «Камне истины», то в случае положительного результата, мой клан окажет вам поддержку в притязаниях на корону Скандинавии.
— Не скрою, я знаком с работой подобных артефактов, есть риск, что вы узнаете ряд секретов, которые мне не хотелось бы выдавать, — этот момент мы заранее обсудили со специалистами барона Корфа.
— Вы предлагаете ввести какие-то ограничения? — разочарован Вильгельм, а то он явно полагал, что загнал меня в безальтернативную ловушку.
— Предлагаю заранее сформулировать и согласовать перечень вопросов, которые будут мне заданы, их должно быть достаточно для доказательства искренности моих намерений, но не более того, — формулирую справедливое условие.
— Согласен, — кивает Габсбург, подозрительно легко смирившись с потерей возможной халявы, и добавляет, — По большому счету меня интересует ваши текущие отношения с Домом Романовых и видение на их развитие в ближайшие годы.
— Не вижу препятствий для прохождения теста, — соглашаюсь, это то, на что рассчитывал с самого начала.
Правда настораживает едва заметный всплеск радости, чувствую эмоции противника после того, как семейка Габсбургов недавно атаковала меня на тонком плане. Такие вещи просто так не проходят, чтобы подчинить мой мозг, они раскрылись, оставили в моей душе свой след, отпечаток и поэтому стали уязвимы. Мысли не читаю, но настроения, намерения и прочее могу уловить. Так вот, кажется, кайзер все же загнал меня в ловушку, но будем посмотреть.
— Тогда предлагаю не откладывать дело в долгий ящик, — радушно улыбается Вильгельм, вызывая еще больше подозрений.
— Чем быстрее, тем лучше, тем более Людовик Валуа уже назначил день аудиенции, — толсто намекаю на то, что меня может поддержать не только Германия, а кто первый протянет руку помощи, тот и получит львиную долю дивидендов.
Накидали список, перечень вопросов короткий и вполне понятный.
— Пригласите мастера Иоганна фон Тифена, — тут же распорядился кайзер.
«Помощник» мгновенно выкатил справку, у меня в базе данных собрана обширная информация на всех глав и членов семей сильных одаренных. Более того перед визитом в ту или иную страну стараюсь углубить знания, благо получил полный доступ к архивам СИБ. Данный персонаж весьма примечателен, только меня напрягает его неоднозначная репутация. Многие считают фон Тифена палачом, учитывая предстоящий допрос с пристрастием, такие таланты не могут не напрягать. Хотя может быть слухи запустили, чтобы скрыть работу родового артефакта Габсбургов?
— Ваше высочество, добрый день, — в кабинет вошел мужчина, с ног до головы закутанный в черную мантию.
— Здравствуйте, — приветствую мастера, а сам аурным зрением ощупываю шкатулку в его руках.
Внутри деревянного футляра тот самый артефакт. Петр Романович с Модестом Андреевичем показали несколько экземпляров «камней правды», так что примерно понимаю какие узоры в них вложены и механизм работы. Там общая идея, играют на эмоциях, собирают стандартную реакцию испытуемого на «правду» или «ложь», а потом выдают результат. В общем что-то вроде современных детекторов лжи, только в отличии от технических поделок старинные вещи считывают не физиологию тела, а эмоции, отклик самой души и прочее, что дает наилучший результат.