Придворные давно не видели Короля Солнце в таком возбуждении, казалось, в нем проснулся дух великих предков. Монарх энергично расхаживал по кабинету, приглашал на аудиенцию то главу флота герцога де Фронсака, то главнокомандующего сухопутных сил графа де Тонера, то министра финансов, что-то сверял, давал задания. Огюст де Бурбон и Анри де Ломени и вовсе не выходили из покоев сюзерена, ели вместе с ним, если удавалось спали прямо на кушетке, а потом взбадривали себя бокалом коньяка и включались в работу.
По всем выкладкам получалось, что Михаила Соколова-Романова прислали сами боги. Людовик Валуа в десятый раз убедился в том, что без качественной перестройки страны, без расширения ресурсной базы Франции осталось максимум двести лет, потом ее разорвут на клочки алчные соседи. Что-то завоевать Париж уже сейчас не мог, не хватало оружия, солдат и кораблей, оставалось только объединиться с союзниками и начинать новую экспансию совместно. Причем Коалиция с дерзким юнцом сулила перспективы как в континентальной Европе, так и в Новом Свете, и в Африке!
— Господа, давайте подведем итоги, я решительно убежден в том, что при должном старании и отдаче Францию ждет грандиозный триумф, — патетически начал вдохновленный сюзерен, — Мы расширим наши владения, создадим базу способную содержать могучую армию и флот! Однако на этом пути нас ждут определенные трудности, и мы уже сейчас должны предусмотреть меры противодействия внутренним и внешним угрозам.
— Хотя я и был изначально против идеи европейской коалиции, однако вынужден признать, что этот шаг объединит ваших вассалов, мы получим всемерную поддержку кланов, — взял слово герцог Мэнский, за эти дни он опытным чутьем придворного и развитой интуицией байстрюка понял, что лучше не перечить новой игрушке отца, уж слишком он ей увлекся.
— Мы несомненно вызовем ответные действия Винчестеров и Романовых, однако тяготы будут разделены на три королевства, основной удар России скорее всего придется на Германию и Скандинавию, нам с Испанией при тайной поддержке Италии предстоит выстоять против Винчестеров, пожалуй, это лучшие условия за последние три сотни лет, — выложил граф де Бриен.
— Стоп! Понимаю, что вы тоже воодушевлены, но сейчас надо озвучить не положительные стороны плана, а недостатки, чтобы вовремя их купировать, — на самом деле неуверенный в себе Луи Французский хотел лишь еще раз услышать как хорош замысел и, его ближайшие вассалы прекрасно читали истинные желания короля.
— Есть одна сущая безделица, даже не знаю, стоит ли ее упоминать, — рискнул герцог Мэнский.
— Ну и что там? — тут же нахмурился Валуа.
— Боюсь, как бы немцы не спелись с Михаилом, границы общие, опять же есть кое-какие наблюдения, — держал интригу глава разведки, но, заметив растущее недовольство отца, тут же продолжил, — Кажется Августенберги прибыли в Париж не только для того, чтобы передать волю кайзера, они пытаются охмурить Михаила! Ауви отвлекает Хуану Кастильскую, а Луиза Прусская крутит хвостом вокруг Соколова-Романова, впрочем, возможно и Изабелла Испанская благословила такой союз…
— Хмм… мы, напротив, полагали, что Габсбурги желают брака между нашими династиями, — засомневался Людовик Валуа.
— Одно другому не мешает, принц Баварский может претендовать на руку Терезы или Анны, а вот Луиза… — подхватил подозрения Анри де Ломени, граф де Бриен, — У них общие границы, а в Коалиции рано или поздно станет вопрос о лидерстве, два голоса против одного!
— Ну эту историю мы поправим, подобные вещи в наших руках! Возбудился монарх и распорядился, — Ла Шене, пригласите моих детей.
— Сию минуту, ваше величество, — угодливо поклонился камердинер.
— Отец, — первым, как и полагается, прибыл Великий Дофин, следом за ним пришли Тереза и Анна.
— Сын мой, расскажи о твоих отношениях с Луизой Прусской, — просьба короля немного удивила принца.
— Эээ… ни шатко, ни валко, каждый раз, когда я пытаюсь пойти на сближение, карты путает то Август Баварский, то Хуана Кастильская, а сама Луиза, кажется, больше всех благоволит Михаилу Романову, — мнительный, избалованный Дофин всегда винил в неудачах кого угодно, кроме себя. На самом деле он и сам не проявлял особого внимания немке, только пару раз пробовал грубо проломить ее ментальные щиты, чтобы залезть под юбку, однако магия Августенбергов оказалась ему не по зубам.
— Хмм… — его величество многозначительно переглянулся с бастардом и графом де Бриеном, — А что вы, дочки, скажете об Августе-Викторе Баварском? Каковы наши перспективы на союз с Габсбургами?