— Ты что, «сос», совсем оборзел?
Открыв глаза, Макс обнаружил, что за спиной окончательно перепуганного Перепечко стоит столь внушительных размеров старшекурсник, что Степа на его фоне выглядит чуть ли не Дюймовочкой.
— Ого, убойная сила! Чувствую, еще пару минут — и можно ложиться на пол. Разбудите, когда приедет спецназ, — Макс хотел было перевернуться на бок, но старшекурсник преспокойно схватил его двумя широкими горячими пальцами за ухо и потянул вверх. Да какое там потянул! Он его буквально поднял в воздух и поставил на пол. Но ухо не отпустил.
Перепечко в ужасе попятился.
Бугай приблизился вплотную к Максу, так что тот мог спокойно определить, что он ел сегодня на завтрак, и с расстановкой произнес:
— Вообще-то «сосов» у нас бить не принято. Но иногда они случайно и очень больно сами падают с кроватей или даже с лестниц. Неприятно, правда?
Если Макс и хотел что-то ответить, то попросту не мог, потому что боялся вместо связной человеческой речи издать вопль боли. От унижения и досады ком подступил к горлу. Но плакать нельзя было ни в коем случае.
— Ну что, идем с энтузиазмом пришивать погоны? — почти миролюбиво поинтересовался Бугай, ослабляя хватку.
Боль стала терпимее. Макс глянул прямо в глаза своему мучителю и вытянулся, как мог, учитывая, что его ухо все еще оставалось в руках старшекурсника, по стойке «смирно».
— Могу даже песню затянуть.
— Затягивай! — Бугай опустил руки, потом сложил их на груди и весьма иронически уставился на строптивого «соса».
Маршируя, Макс бодро направился к двери, поборов искушение потереть пострадавшее ухо.
— Я шоколадный заяц, я ласковый мерзавец…
За ним двигался эскорт в виде исполненного достоинства старшекурсника и тревожно трусящего сзади Перепечко.
В коридоре мимо ребят прошел задумчивый Леваков. Только что у него произошла не особо приятная встреча, поэтому на Макса и его сопровождение он, несмотря на всю помпезность данной процессии, внимания не обратил.
Когда Андрей выходил из бытовки, то нос к носу столкнулся с Сырниковым. Невозмутимо оглядев новую форму Левакова, Сырников (его волосы все так же казались примятыми, отчего голова выглядела настолько плоской, что на макушку хотелось поставить стакан) прищелкнул языком:
— Глазам не верю! Главный специалист училища по списыванию собственной персоной. Форма чужая не жмет?
Андрей сжал кулаки:
— Гад! Таких, как ты, в болоте топить надо.
Непроизвольно сделав шаг назад, Сырников выразительно поднял брови:
— Скоро у тебя такая возможность появится. Я имею в виду — побывать на болоте. Не слышал разве, что в нашей роте народу слишком много набрали? Ясное дело — не слышал, — не удержался от радостного комментария Сырников. — Так вот, достоверно знаю, что несколько курсантов с самого начала на особом учете у начальства стоят. Могу обрадовать — твоя фамилия в этом списке. Так что, студент, советую вещи пока не распаковывать. Если они у тебя, конечно, есть. Ты ведь интернатовский, кажется?
И, довольный произведенным эффектом, Сырников юркнул в бытовку.
Андрей развернулся и медленно пошел в казарму. Если Сырников не врет (а он, похоже, не врет), то его дело труба. Кандидатура Левакова идеально подходит на вылет: ни папочки чиновника, ни папочки офицера-воспитателя. Вообще никакого папочки….
4.
Рано утром сонный голос дневального взорвал сон Макса хуже любого будильника:
— Взвод, подъем!
Что за бред… в такую рань? Натянув одеяло на голову, Макс спросонья услышал другой голос, убедивши парня еще раньше, чем с него рывком сорвали одеяло, что это не бред.
— Почему третий взвод еще не построен? У вас сорок пять секунд.
Пошевеливайтесь! Помните: чем дольше подъем, тем короче завтрак, – майор Василюк шел вдоль казармы.
Курсанты, натыкаясь друг на друга и не сразу попадая в штанины, суетились возле кроватей. «Надо будет выяснить, засчитывают ли учебу в Суворовском как службу в армии», — мрачно думал Макс, растягивая покрывало и пытаясь не столкнуться с Перепечко, который, загородив собой проход, что-то запихивал в тумбочку.
Нет, Макс определенно видел нечто подобное и раньше. Но только в кино. В старой американской комедии. Кажется, она называлась «Майор Пейн». Военные там не знали, что делать с одним агрессивным темнокожим майором, и отправили его воспитывать детей в какую-то частную школу. Здорово придумали, правда? А он там над ребятишками измывался с утра до ночи. Пытался из детей солдат сделать.