Мимо стола с солонкой в руке шел Сырников. Пока Кантемиров, повернувшись лицом к ошарашенно притихшим кадетам, сурово следил за тем, чтобы Макс не пронес мимо рта ни одной ложки.
Сырников улучил момент и, будто случайно споткнувшись, опрокинул содержимое солонки в суп Андрею. Тот вскочил и, не обращая внимания на настороженно обернувшегося Философа, с тарелкой в руках двинулся на обидчика.
— Ты чего, гад, сделал? Ты сейчас этот суп у меня будешь носом есть.
Вслед за Андреем со своего места встал Илья Синицын. Он сидел рядом, а потому видел все и решил сдержать пыл Левакова.
Сырников деланно развел руками:
— Так случайно же вышло. Ей-богу, брат, не хотел. И вообще, ты спасибо мне сказать должен — суп-то порядком недосолен.
Уже больше не контролируя себя, Андрей рванулся к Сырникову Синицын попытался удержать его за локоть, опасаясь реакции Философа, но не рассчитал силу, и получилось, что он подтолкнул Андрея вперед. Тот, не удержавшись на месте, наклонился и опрокинул тарелку на Сырникова. Форма разом пропиталась супом, а на пуговицах повисла лапша.
— Курсанты! — незамедлительно взревел Кантемиров.
Все трое обернулись.
— Леваков и….
— Синицын, — подсказал Илья.
— …Синицын. Вам по наряду вне очереди. А ты, — Философ обернулся к Максу, — ушами не хлопай, а с аппетитом ешь свой суп.
Макс чуть не убил Кантемирова взглядом, но бросить ложку не решился.
На выходе из столовой Макарова догнал Перепечко. Макс, красный от злости, целенаправленно шел куда-то.
— А ты чего сегодня вечером делать будешь? — пытаясь поддержать Макарова, как можно небрежнее спросил Печка.
— В кино пойду, — зло огрызнулся Макс.
— А что, можно? — удивился Перепечко.
Макаров медленно повернул голову.
— Ну, если не через центральный вход, то можно. Так все здесь делают, — добавил он ехидно.
Но Печка принял его слова за чистую монету и призадумался.
— Да ну? А меня с собой возьмешь?
— Собирайся, — решительно кивнул Макс.
Глава четвертая.
1 Водрузив ведро в раковину, Илья включил кран. Левакова он оставил в классе вытирать доску, а сам пошел за водой для пола. Конечно, это несправедливо, что наказание получили они с Андреем, а Сырников выкрутился. Ведь понятно, что он специально задирает Левакова. Надо им будет что-нибудь придумать и проучить Сырникова. Неприятный тип, ничего не скажешь. Говорят, и отец у него такой же. Правда, майора Ротмистрова Илья видел только издалека. Так, вроде ничего осо-бенного.
И тут он неожиданно подумал о Ксюше. Илья вспомнил о девушке потому, что в ближайшую субботу они должны были наконец увидеться. А вдруг из-за Сырникова, вернее, из-за этого дурацкого наряда ему теперь не дадут увольнительную?
В последнее время Илья часто и без повода думал о Ксюше. Сперва ему все казалось, что пройдет день-два, и он привыкнет не видеть ее так часто, как раньше. Только не выходило. Синицын отстаивал долгую очередь к единственному в училище телефону-автомату, а потом, поговорив с Ксюшей каких-нибудь пару минут, вновь вставал в конец.
Илья даже однажды поймал себя на мысли, что ему очень неприятно, что он не знает поминутно, как Ксюха провела день. Может, кто-то посмотрел на нее косо или (что еще хуже) наоборот.
Илья нахмурился. И тут вдруг заметил, что на пол, переливаясь через край раковины, потекла вода. Ведро! Грязная вода с пылью и клочками бумаги из ведра, которое он забыл ополоснуть. Чертыхаясь, Илья поспешно закрыл кран и принялся осторожно опорожнять ведро. А может, сначала лучше тряпку на пол кинуть?
— Синицын, — раздалось за спиной.
Прапорщик Кантемиров с интересом наблюдал за кадетом, который суетливо прыгал вокруг образовавшейся лужи, не зная, за что хвататься в первую очередь.
— Суворовец Синицын, — вытянулся Илья, бросив ведро в раковину, из которой еще не вылилась вся вода. Ведро брякнуло, брызги молниеносно осели на брюках прапорщика.
Хм… — Философ ребром ладони смахнул со штанин капли, после чего на идеально отутюженной ткани осталось много мелких мокрых точек. — Снайпер. — Илья после эпизода в столовой ожидал худшего. Но вместо этого Кантемиров повернулся, собираясь уйти, еще раз пригладив брюки ладонью. — Да, снайпер, — заметил мимоходом Философ, — не забудь раковину помыть.
Илья выдохнул. Придется тебе, Леваков, меня подождать.
А Андрей в это время нетерпеливо поглядывал на дверь. Доску он вытер, целых два раза, мел рядком выложил. Разве что цветы еще полить?