— Тебя выгоняют?
— Дождешься от них, — недовольно, но не злобно пробурчал Макс.
— Нет, а все-таки, что было-то? — не унимался Сухомлин.
Макаров обернулся и увидел, что почти весь взвод настороженно наблюдает за ним.
— Наряды раздавали. Нам с Печкой достались вне очереди, — краем глаза Макс заметил, как Перепечко облегченно опустился на подушку.
Утром после подъема в казарму пришел майор Василюк. Суворовцы, построившись, следили, как он неторопливо проходит мимо. Наконец, остановившись, Василюк громко произнес:
— Суворовец Макаров, выйти из строя.
Среди ребят волной прошел гул и сразу утих. Все-таки выгоняют!
Макс сделал шаг вперед и замер, глядя мимо майора, который тем временем продолжал:
— Я долго думал и решил. Решил назначить вице-сержантом третьего взвода суворовца Макарова, — Василюк почти улыбался. По крайней мере, глаза его смеялись. — Поздравляю, Макаров.
Слово «опешить» не до конца верно определяло те эмоции, которые испытал при этом Макс. Он резко повернул голову к майору и, не подумав, выпалил:
— За что?
Проигнорировав вопрос (да и вообще не глядя на Макса), Василюк продолжил:
— Есть у меня еще и другая хорошая новость. Последние дни показали, что пока далеко не все до конца осознали, куда они попали. В связи с этим объявляю специальные занятия на плацу и спортплощадке, а именно — усиленный курс физподготовки и строевого шага.
Суворовцы непонимающе переглянулись. Тогда Василюк повернулся к Максу, повышая голос с каждым словом:
— Вице-сержант, почему третий взвод еще в казарме?
— Трудный вопрос, товарищ майор, — ответил Макс.
— На спортплощадку, быстро! — почти выкрикнул Василюк.
Через три минуты (не больше) третий взвод в полном составе, еще бодро и легкомысленно расходуя силы, бежал первый круг под подбадривающие окрики майора Василюка.
Глава пятая.
1.
Едва только дверь открылась и в класс бочком прошел преподаватель географии Илья Карлович, как суворовцы, стараясь не кряхтеть, бойко, хотя и довольно шумно, вскочили. Среди них не было ни одного, кто бы крепко спал и не стонал в последние две ночи. После спортивной выволочки их мышцы, не привыкшие к таким нагрузкам, едва ли не скрипели. Но особенно ныли икры ног, которые приняли на себя основной удар строевой подготовки.
Макс, который был уверен, что после пятнадцатиминутного «тяни носок, суворовец Макаров» не сможет и стоять, тем не менее даже относительно громко доложил:
— Товарищ преподаватель! Третий взвод к уроку географии готов.
Отсутствующих нет! Вице-сержант взвода — суворовец Макаров.
Не обращая внимания на застывшие в муке лица кадетов, географ рассеянно прошел к своему столу, положил на него журнал, из которого немедленно выпало несколько листочков и улетело под стол.
Нагнувшись, географ полез за ними.
Ребята внимательно следили за его передвижениями.
— Это его Василюк подговорил, точно вам говорю, — прошептал соседу Сухомлин, — Решили измором брать.
Наконец, Илья Карлович вынырнул из-под стола. Все так же не глядя в класс, аккуратненько сложил листочки в папочку, неспешно уселся и только тогда поднял голову. На лице географа отразилось полнейшее недоумение. Взвод неподвижно стоял и выжидательно на него пялился (уроки химии явно не прошли даром). Потом взгляд Илья Карловича просиял, и он быстро-быстро замахал руками:
— Вольно-вольно. Сегодня мы начнем, — «мы» географ произносил в нос, что делало его речь несколько жеманной, — с того…
— Что забудем все, что знали из географии раньше, — прошептал Андрей Синицыну, припоминая предыдущие уроки, — и, прежде всего то, что Земля круглая.
— Между прочим, — так же шепотом ответил ему Илья, — это очень спорный вопрос. Сейчас ученые сомневаются даже в теории Дарвина.
— Да ну, — произнес Андрей недоверчиво, но призадумался.
…С того, — громко, как мог, повторил географ, выразительно посмотрев на Илью и Андрея, — что вспомним географию России, а именно географию распространения, — он сделал театральную паузу, — кадетских корпусов. — И, довольный собой, просиял: — Неожиданно, правда?
Несколько десятков глаз непонимающе на него уставились.
— Связи с географией не уловил, — пожал плечами Трофимов.
— Ну и дурак, — оборвал его Илья.
Географ с интересом оглядел суворовцев и задержал взгляд на Синицыне.
— Кто-то хочет высказаться? Илья охотно встал: